December 20th, 2004

(no subject)

Я думаю, с приходом Интернета в каждый дом городские легенды обрели второе рождение.
ГЛ стали заниматься настоящие профессионалы, в распоряжении которых больше не кусочек газетной полосы в "Скандалах недели" или возможность рассказывать небылицы.
В их распоряжении все силы мультимедиа.

Эта легенда распространяется через Интернет на многих языках, она очень популярна на околорелигиозных сайтах (Принимаешь ли ты Христа в сердце своём? y/n).
Вот ссылка - http://www.omolenko.com/texts/hell.htm
Русскоязычный вариант.
В доказательство приведены фотографии группы бурильщиков и голоса мучающихся в аду грешников.
Перевод сделан с соответствующей статьи о существовании ада на баптистском сайте, ссылку найду позже.
Google - о существовании доктора Аззакова знают только исследователи ада.
То же самое с уважаемой газетой Ammenusastia (везде отмечается, что газета - уважаемая).
Об этом же явлении тут - http://arhangel.ru/mystery/articles/2/1.html, в несколько иной тональности.

Возможно, что Дмитрий Аззаков на самом деле был до перевода туда и обратно Азаковым?
Вряд ли. Дмитрий Азаков нам с Google незнаком.

Звуковой файл просто восхитительный.
Трепещите. Идёт Апокалипсис, и четыре всадника его - Нетерпимость, Лень, Ложь и Стадо.
Трость
  • zh_an

Тонкий мир

Приношу извинения: это повторение моей старой записи, но в то время я еще не создал urban_legend_.

Доктор Ш. рассказывал мне когда-то.

- У моей мамы в квартире домовые как-то начали бедокурить. Позвонила она мне однажды и говорит: «Захожу я в комнату, а чулки мои – посередь пола валяются!» Я ей: «Ты, видать, старая, сама их зацепила ногами и вытащила на середину. Пальцы-то кривые», - посмеялся вроде бы… Мама возражать не стала, но через несколько дней снова пожаловалась: «Деньги-то, которые я на хозяйство откладываю… Смотрю – разложены они на виду, а конверты – рядышком!» (Мама видит плоховато уже и потому пенсию сразу по конвертам распределяет: в каждый – купюры одного номинала). Я снова смеюсь: «Приготовила – и позабыла сама. Склероз старческий – не помнишь, что не убрала», - но сам уже призадумался. А еще позже мама и говорит: «Балует у меня…»
Я к ней в гости поехал. Посидели с ней, все спокойно поначалу было… Потом на кухне – грох! Что-то уронили, чем-то гремят… Мы – туда. А дверь кухонная закрыта. Я за ручку – дерг-дерг, но открыть не могу. Мама рядом сердится, говорит громко в сторону двери: «Это что за безобразие – меня, хозяйку, не впускать!» А за дверью – тишина. Я плечом навалился, руку в щель просунул… Короче, входим в кухню, смотрим – табуретки паровозиком выстроены. Дверь изнутри щеткой оказалась подперта, а к щетке – табуретки эти самые придвинуты. Мама мне: «Вот так-то… Балует, безобразник…» На том и попрощались.
Она-то всего этого не боялась. Знала, что вреда особого не будет. Серчала только, если домовые слишком уж расходились. Лишь однажды стало ей страшновато – когда с нее по ночам повадились одеяло стаскивать. Лежит она в темноте, а одеяло ползти начинает к ногам и через край постели – вниз, вниз… Мама сядет, прикрикнет – все стихает. Только ляжет и накроется – снова поползло…
А потом все разом стихло. Как отрезало.

- И… что же это было, а? – я перевел дух.
- Детва домовая. Наплодилась – и куролесила, пока не повзрослела. Так всегда бывает.
- А ты ее сам видел?
- Однажды. Краем глаза – сбоку по полу мелькнуло, словно клубочек пыльный…
Доктор Ш. близоруко помаргивал выпуклыми глазами. За балконной дверью в ночи что-то металлически звякнуло и прошуршало.
- Крыса, - успокоил меня доктор Ш. – Повадилась по перилам гулять.
И он заварил еще чаю.