Category: искусство

Ушел Игорь Яковлевич Соколов

Ю.Ю.Коваль: Друзья, в конце старого года страна наша понесла большую утрату. Скончался старейший друг отца, художник и реставратор, педагог и певец Игорь Яковлевич Соколов.



Два портрета ИгорьЯклича пера Виктора Белова 1975 года, г.Кириллов.

На выставке  в 2012 году  по ссылке
https://photos.app.goo.gl/yrTpooVNTENTu7ES7
видеопроект https://www.youtube.com/playlist?list=PL6378CF910622B992
биография https://youtu.be/P0W_AApq_WM
Вологодские работы https://youtu.be/lebZFkhh7nM
Пушкин https://www.youtube.com/watch?v=YDTYsNiaJhM
друг Топтыжки

Про Бориса Петровича Чернышёва

*

Борис Петрович Чернышёв с учениками - Галиной Эдельман и Юрием Ковалём. Примерно 1960 г.

Воспоминания Марка Харитонова ко Дню Рождения великого русского художника Бориса Петровича Чернышёва - 6 августа 1906 года.
Collapse )
locustella

"Самая лёгкая лодка в мире": с премьерой в РАМТе!

*


6 июня в Черной комнате состоялась премьера самого жизнерадостного и жизнелюбивого, самого гитарного и кулинарного, самого бардовского, лодочного, граммофонного и палаточного спектакля по повести Юрия Коваля, стихам Юлия Кима и на музыку Сергей Никитина "Самая легкая лодка в мире".

Поздравляем с премьерой всех создателей спектакля, его первых и будущих зрителей! В добрый путь, Одуванчик!

А мы с радостью сообщаем, что премьеру в июне сыграем не только 12 и 25-го (куда билетов совсем нет), но дополнительного еще дважды - 14-го и 26-го.
Collapse )
profile

Вечер памяти Юрия Коваля в театре Эрмитаж 21.02.2018. Несколько эпизодов

Уже почти два месяца прошло со дня проведения вечера, на котором вспоминали Юрия Иосифовича. Вечера, который собрал друзей, родных, ковалелюбов и ковалеведов всех возрастов и мастей, на временной сцене театра «Эрмитаж» на Новом Арбате. 

У меня с собой оказалась камера, заряда которой хватило на несколько эпизодов этого вечера. Ими и делюсь здесь, в нашем теплом и уютном сообществе, по-прежнему надеясь на то, что где-то еще в просторах интернета наконец появятся и записи, сделанные с других камер.

Collapse )
друг Топтыжки

"Ковалиные книги. Избранное" в РГДБ

*


20 марта, во вторник, в 17.00 в РГДБ одновременно с выставкой Коваля-художника откроется выставка-сателлит "Ковалиные книги. Избранное" к 80-летию Юрия Коваля.
Не пропустите, счастливцы!

В экспозиции представлена живопись, станковая и книжная графика самого Юрия Коваля и работы художников, иллюстрировавших его книги. Всех иллюстраторов Коваля не вместил бы ни один зал, поэтому мы выбрали те издания, которые Юрий Иосифович видел и любил. Простого перечисления имён художников достаточно для того, что бы сердце знатока забилось быстрее - Лосин, Багин, Макавеева, Калиновский, Чижиков, Устинов, Тишков, Маврина, Трубин. Работы Коваля-художника любезно предоставили нам члены семьи писателя. Они знакомы только самым верным и преданным ковалелюбам, но кое-что, мы надеемся, удивит и их.

Страничка события в facebook.
Источник.

Collapse )
друг Топтыжки

"Дом, где зимует Одуванчик"

*

Фото Дмитрия Шеварова.

Душевная статья Дмитрия Шеварова к Юбилею мэтра. "Российская газета" от 8 февраля 2018 г.
Collapse )
друг Топтыжки

Коваль, Чижиков, Успенский

*


Замечательным архивным фото поделился Центр детского чтения ко Дню Рождения Виктора Александровича Чижикова.
Немножко подреставрировал и забрал в наш архив.
друг Топтыжки

Yu. コヴァーリ

*


Дорогие друзья! Наш друг и верный оплот в Японии - Елена Байбикова - прислала настоящий подарок сообществу: обложки 3-х изданий Коваля-Мавриной, изданных в Японии!
С удовольствием пополняем архив этими шедеврами.
Collapse )

Страшные рассказы

Вообще-то Юрий Иосифович был человек веселый и очень, как сейчас говорят, "позитивный".
И его творчество было именно таким - и веселым, и позитивным. И любимые его герои - тоже такие.
Но в жизни не всегда бывают веселые сюжеты.
Случаются ведь и трагические, пугающе-страшноватые, или близкие к ним. От них не убежишь, и они тоже волнуют.
Были такие и у Коваля.
Мне вот на память приходит два таких произведения:

1. "Гроза над картофельном полем".
Тема смертельной опасности просто по своей силе просто зашкаливает. На протяжении почти половины произведения молнии запросто могу сжечь-убить любого персонажа, и человека, и даже овцу. Один из охотников просто чудом, именно что случайным чудом не погибает, фактически возвращается с "того света". Его спасение совершенно случайно.
Причем писатель ведь не сгущает излишне красок, он просто рассказывает все без прикрас, с обычными даже бытовыми подробностями. Всё узнаваемо ! И оттого, от этой реалистичности и страшно. тут вам не Эдгар По, и не даже не фильмы ужасов, в которых мы заранее знаем, что все выдумано, и сюжет фантастический, и декорации. Тут - мы с вами оказываемся на этом внезапно ставшем ужасном месте.
И под конец рассказчик совсем случайно узнает, что товарищ спасенного охотника совершенно случайно чуть было не убил его самого - утром, когда сам автор решил пошутить-попугать бродивших в тумане друзей. Осечка спасла жизнь...

2. "Сиротская зима".
Противостояние человека и медведя тем трагичнее, что в противостоянии нет равенства, никакого. У человека нет шанса. Он, конечно, проверяет свои ружейные заряды, но читатель не верит, что ими можно реально воспользоваться. Человек напуган, он знает, с кем поневоле столкнула его судьба в этот клонящийся к вечер у день. А медведь уверен: он хозяин положения, он все предвидит, и знает о человеке многое. От столкновения , которое наверняка должно закончится трагически, и вовсе не для медведя, спасает только случай. Медведь добродушен и умен, он даже созерцателен, он понимает, что не этот, который с яблоком в кармане, стал причиной его сухолапости. Но он зверь - и оттого специально отступать перед мечущимся человеком не станет. До самого окончания читатель напряжен: будет в итоге столкновение, или нет ? И только после того, как человек решительно проходит совсем рядом с медведем, и даже видит его, но - спасение!- на него не натыкается, тогда можно облегченно вздохнуть: разошлись !
Кстати, иллюстрации к "Сиротской зиме" делал сам Коваль, и эти иллюстрации превосходны ( см. журнал "Пионер"). А больше как-то никто за это не брался, ни один художник...