Із спогадів П. Куліша
 
        * * *
       
        Гостя в начале 1847 г. на родине, проездом за границу, я нашел Шевченко уже поэтом, подающим надежды грандиозные...
        В то время я познакомился ближе прежнего с одной из молодых украинок ¹ [...]
        Энтузиастка родного слова и связанной с родным словом человечной идеей предложила к услугам странствующего кобзаря все свое состояние, — все... Она в то время была невестою и предложила пишущему эти строки употребить ее наследственные, быть может, еще со времен Польской Руины ², ожерелья, ее серьги, кольца и три тысячи рублей, составлявшие приданное, для того, чтобы доставить Шевченко возможность провести года три в Италии. Жених согласился с радостью на желание невесты. Оставалось только склонить поэта к принятии жертвы. Устроить это было поручено мне.
        В это время стараниями земляков Шевченко было доставлено место преподавателя живописи при Киевском университете. Я поздравил поэта с улучшением его материального положения и выразил сожаление, что одиночество его, как артиста, в Киеве не даст ему возможности образовать вполне художественный вкус. «Не по чім й б’є, як не по голові!» — отвечал Шевченко, любивший объясняться пословицами. Тогда я объявил, что для него открывается возможность уехать года на три за границу. Он обрадовался этому с детской простотою и согласился не знать, откуда возьмутся на это денежные средства. С его стороны надобно было только похлопотать о заграничном паспорте, в чем помогли ему почитатели его таланта.
        В восторженном настроении духа выехал наш кобзарь из Киева, чтобы собрать свои рукописи, оставленные им в разных домах, где он гостил в последнее время, и, ничего не подозревая, очутился на свадьбе у той украинки, которая предложила к его услугам все свое состояние.
        В этот сияющий момент жизни поэта я видел его на вечере у одного из соседних помещиков [В. Забелы], который, независимо от влияния новой кобзы, пописывал русские стихи и вложил в них столько души, что некоторые из его песен были приняты не только местными панскими семействами, но и простонародным.
        Шевченко сторонился от кружка шумных гостей и беседовал с двумя-тремя трезвыми людьми о предметах науки и литературы. Я с удивлением и радостью заметил в нем способность к поэтическому критицизму, которым в такой высокой степени отличался английский самородок Шекспир ³. Он говорил о своей поэме «Иван Гус» и жаловался, что не мог изучить обстановки, среди которой жил и умер чешский гуманист. Наконец, от пылкой речи переходил он к задушевным украинским напевам, как это всегда бывало у него в моменты волнения — от горя и от радости [...]
        Тут жених великодушной украинки пригласил Шевченко быть у себя шафером [...] Шевченко принял приглашение и был очень доволен, что жених тотчас же увез его в дом невесты.
        В этом доме знали Шевченко по его стихам, но никто не знал, что он превосходный, может быть лучший во всей Малороссии певец народных песен. Новый талант его обнаружился в тот же вечер. Беседуя с молодой княгиней по-малорусски, как это он делал со всеми симпатичными людьми, он проэкзаменовал ее в национальных песнях, остался ею доволен и выразил свое удовольствие пением так. просто, как это сказал о себе один из великих поэтов:
       
                Ich singe, wie der Vogel singt *.
       
        Заложив назад руки и расхаживая по зале среди немых от изумления гостей, он запел:
       
                Ой зійди, зійди,
                Ти, зіронько та вечірняя!..
       
        Ничего подобного пению Шевченко той поры я в Малороссии, в столицах и нигде не слышал. У него просили новых и новых песен, и он беспрестанно пел и пел [...]
        Свадьба неведомой поэту почитательницы его гения была превращена им в национальную оперу. Всех больше восхищалась этой оперой счастливая своим тайным подвигом невеста. На прощаньи с поэтом она подарила ему свой брачный цветок.
       
        П. Кулиш, Воспоминание о Шевченко, газ. «Труд», 1881, № 6.
       


        * «Я співаю, як співає птиця» — слова з вірша Гете «Співець». — Ред.
       


        ¹ Білозерська Олександра Михайлівна (1828 — 1911) — українська письменниця, відома під псевдонімами Ганна Барвінок та А. Нечуй-Вітер. В своїх оповіданнях та повістях зображувала тяжку долю жінки-селянки. Дружина П. Куліша.
        ² 70 — 80 роки XVII ст. (період гетьманування Брюховецького, Многогрішного та Самойловича) розглядалися деякими істориками, зокрема Костомаровим, як період «руїни» — розрухи на Україні, особливо на Правобережжі, що перебувало під гнітом шляхетської Польщі.
        ³ Шекспір Вільям (1564 — 1616) — видатний англійський драматург і поет. Шевченко дуже любив Шекспіра і завжди возив його твори з собою. У 1843 р. Шевченко способом гальванокаустики зробив ілюстрацію до твору Шекспіра «Король Лір».