А.И. Рыков. Индустриализация и хлеб. Part III


Индустриализация и хлеб

Я не буду подробно говорить вам ни о трудностях в области импорта, ни о бюджете, скажу только, что наши трудности в основном располагаются следующим образом: хлеб, импорт, чугун, стройматериалы, причем экспортно-импортные трудности связаны, конечно, с тем же хлебом. Хлеб выпал из нашего экспорта и сократил наш импортный план, в экспорте же остались некоторые продукты, на которые есть спрос и внутри страны. Разумеется, разговоры, которые ведутся теперь за границей о том, что мы накануне банкротства, о том, что мы не в состоянии платить по векселям и т. д., являются заведомой ложью. Мы все свои обязательства выполняли и будем выполнять в срок. Ложь по этому поводу умышленно распространяется нашими врагами. Всякого рода сплетни за границей пускаются сейчас в связи с нашими переговорами с Германией. Пишется иногда даже о том, что будто бы мы идем на какие-то существенные изменения нашей внешней политики. Ни о чем подобном, разумеется, не возникало никакого вопроса.

Советско-германские переговоры ставят своей задачей уточнение отдельных моментов наших торговых и хозяйственных отношений с Германией в полном соответствии с раппальским договором.
Одним из серьезнейших моментов нашего хозяйственного строительства является вопрос о резервах. Разрешение этой проблемы при очерченном положении сельского хозяйства, товарного снабжения и напряжении бюджета представляет огромные трудности.

Образование резервов означает отказ от использования для рынка в данный момент определенного количества хлопка, шерсти, валюты, цветных металлов и т. п. -- рыночные отношения этого не позволяют сделать. Поэтому образование реальных резервов для данного года практически неосуществимо. Если бы резервы у нас уже были, то стоял бы вопрос об их хотя бы частичном использовании, например для улучшения нашего товарооборота с деревней.

Было бы хорошо, если бы мы сумели подготовить в этом году возможность образования резервов в следующем году, т. е. прежде всего ослабили бы напряжение на рынке, смягчив расхождение между спросом и предложением. Однако от вопроса о резервах нельзя отмахиваться тем, что они нам не нужны, и этим отменять решение наших съездов, а такой отговоркой является, например, такое положение: "Партия знает, однако, другие пути для разрешения этой сложнейшей и труднейшей задачи. Она черпает из других --резервов". Это прежде всего резерв активности и самодеятельности масс, который должен войти в соприкосновение с другим --резервом", с резервом с отрицательным знаком, а именно -- с огромным резервом косности, инертности, расхлябанности". (См. статью Леонтьева в "Правде" от 4 ноября 1928 года.) Эта трескотня слов ничего, кроме тумана, в вопрос не вносит.

Таковы существенные моменты нашего хозяйственного положения в настоящее время. Как видите, в нем имеются огромные плюсы, составленный хозяйственный план есть план огромного движения вперед в области индустриализации, подъема производительных сил страны, подъема всего сельского хозяйства, увеличения социалистического сектора в нем, он проектирует большой шаг вперед. Этим шагом вперед мы хотим смягчить для настоящего и обеспечить радикальное изживание для будущего тех трудностей, которые вытекают из чрезмерного отставания сельскохозяйственного производства. Хозяйственный план на 1928/29 г. потребует от нас большого напряжения. Но его реализация даст нам возможность уже в будущем году продолжать развертывание нашего строительства на значительно более широкой базе как по линии хлеба, так и по линии чугуна, стройматериалов и прочих узких мест нашего хозяйства.

Пленум ЦК в утверждении плана социалистического строительства на 1928/29 г. исходил из того, что при всей его напряженности он является посильным. Но мы сможем проектируем мое движение вперед осуществить, однако, при том непременном условии, если удастся достигнуть решающих успехов в улучшении качества всей нашей работы, особенно по линии промышленности и сельского хозяйства. Требовательность не только ко всему хозяйственному аппарату, но и к партийным организациям, советам, профессиональным союзам, особенно ко всему тому, что имеет отношение к работе в деревне, должна быть повышена в гораздо большей степени, чем это было за все предыдущие годы.

Расстановка классовых сил. Охарактеризованные экономические сдвиги скрывают за собой и определенные изменения -- пертурбации, передвижки и сдвиги в расстановке классовых взаимоотношений. Мы в этом году, как и в предыдущие годы, имеем огромный рост социалистического сектора, рост рабочего класса и укрепление его политического влияния, делаем первые крупные шаги в деревне в направлении организации социалистических элементов сельскохозяйственного производства.

Чрезвычайно важно было бы охарактеризовать в возможно более точных данных и цифрах те явления, которые происходят в различных слоях деревни. К сожалению, сколько-нибудь точных, исчерпывающих и надежных цифр для характеристики этого у нас нет. Одно вычисление по этому вопросу имеется в "Контрольных цифрах сельского и лесного хозяйства на 1928/29 год" Наркомзема РСФСР.

На с. 33 этого издания сказано: "Высший слой кулацких хозяйств, имеющий значительное обеспечение средствами производства и прибегающий к систематическому найму рабочей силы (свыше 50 дней), насчитывает 2,2% хозяйств. Кроме того хозяйства, занимающиеся сельским хозяйством и одновременно имеющие промышленные предприятия предпринимательского типа, составляют 1,3% всех хозяйств, а хозяйства с предприятиями того же типа, но не занимающиеся сельским хозяйством, составляют 0,8%. Таким образом, группа кулацких хозяйств в среднем по СССР составляет 4,2% хозяйств, а по РСФСР -- 3,8%". Боюсь, что эта цифра несколько преуменьшена. Возможно, что в действительности она больше. Но во всяком случае, если даже действительная цифра и больше, то она еще ни в какой мере не свидетельствует о том, что в стране нависла реальная угроза вследствие роста, численного роста, кулацкого слоя деревни. Но, несомненно, теперь в значительной степени возросли активность и организованность кулацкого слоя в деревне и сильно обострилась в ней классовая борьба.

Госплан предполагал, что в 1927/28 г. частноторговый оборот в абсолютном выражении останется стабильным при снижении удельного веса его с 17 до 15%. На самом деле частный сектор упал с 17 до 9,3%.

В истекшем году мы осуществляли интенсивное и реальное наступление на частнокапиталистический сектор по целому ряду линий. Мы усиленно осуществляли реальное наступление на кулацкие слои деревни. Очень сильно сократили частный торговый сектор. Шахтинское и целый ряд других дел вскрыли для нас неблагополучие в отдельных слоях технической интеллигенции и побудили нас предпринять целый ряд мер и по этой линии.

Конечно, все это вызвало сопротивление и недовольство тех классов, слоев и элементов, на которые мы наступаем, поэтому повысилась активность кулацких слоев деревни, в стране есть некоторое оживление контрреволюционных элементов.

Все эти группы и слои населения стремятся в своей антисоветской, антикоммунистической работе опереться на те трудности, те временные недостатки и затруднения в нашей работе, которые мы имеем в текущем году и имели в прошлом году.

Недостаточность плана снабжения, обострение товарного голода, недостаточный рост количества занятых рабочих, рост безработицы и т. д. затрагивают интересы широких слоев населения. Эти трудности переживаемого периода увеличивают возможность колебаний в отдельных слоях промежуточных классов населения. Например, у вас, в вашем крае, до нового урожая больше половины крестьян будут покупать хлеб. Одни будут стремиться это сделать еще зимой, другие летом. Мы постараемся дать его для крестьянства потребляющих районов и районов, пострадавших от неурожая, как можно больше, но наши возможности ограничены размерами хлебозаготовок и снабжения. Мы по возможности постараемся обеспечить интересы бедноты, мы будем вести снабжение крестьянства ваших районов исходя из необходимости увеличить культуру льна, но мы не сможем обеспечить целиком все интересы всей бедняцко-середняцкой массы крестьян потребляющих районов так, как это было бы желательно.

Всем этим будут пользоваться враги Советской власти для своей агитации. Все это может породить в отдельных случаях колебания в некоторых промежуточных слоях населения.

К вопросу о внутрипартийном положении. Такое положение вещей не может не сказаться и на отдельных элементах в нашей партии, оно, несомненно, благоприятствует росту всяческого рода уклонов внутри партии. Те или другие оттенки уклонов внутри партии являются отражением процессов, происходящих в стране. По содержанию своему они не могут не быть правыми уклонами.

Наличие уклонов в нашей партии вовсе не новая вещь. Мы знаем, что в 1918 г. в период Бреста партия под руководством Ленина вела борьбу с "левыми коммунистами"; в период перехода к нэпу вела борьбу с анархо-синдикалистской группой и с группой "Рабочей правды". XIV съезд партии, совпавший с переходом от восстановительного периода к реконструктивному, имел дело с двоякого типа уклонами: так называемой новой оппозицией и правой группой, например Богушевский -- Шанин. В тот период наибольшую опасность представлял уклон, представленный новой оппозицией.

В настоящее время в связи со всем тем, что происходит в стране, наибольшую опасность представляет правый уклон не потому, что правый уклон хуже или лучше троцкистского, во-первых, оба хуже, и, во-вторых, по существу они оба правые, -- но потому, что в дискуссии с троцкизмом партия в значительной мере уже разоблачила его идеологию.

Резолюция пленума дает следующую характеристику правому уклону: "Всплывает правый... уклон, который находит свое выражение в стремлении снизить темп и задержать дальнейшее строительство крупной индустрии, в пренебрежительном или отрицательном отношении к колхозам и совхозам, в недооценке и затушевывании классовой борьбы, в частности борьбы с кулаком, в бюрократическом невнимании к нуждам масс, в недооценке борьбы с бюрократизмом, в недооценке военной опасности и т. д.".

Возможность усиления такого рода уклонов вытекает из тех трудностей, которые нам приходится преодолевать, из обострения классовой борьбы в стране.

Я на пленуме ЦК привел выдержку из письма одного из бывших сторонников Троцкого, чтобы показать, до какого крайнего предела может дойти идеология правого уклона. Это письмо нетипично для правого уклона вообще. Оно типично, если можно так выразиться, для крайнего правого крыла правого уклона.

Вот что этот товарищ пишет: "Темп движения вверх не тот, какой был при движении вниз. Чудеса можно делать, пуская только в ход готовое и то только до определенных границ. Большие реформы требуют готового материала и кончаются там, где начинается органический рост нового". Дальше в письме сказано: "Смычка нарушена на годы. Армия мужицкая. Страна мужицкая. Коллективизация -- ширма для получения ссуд. На индустриализацию уйдут столетия". В этом письме выражена полная капитуляция перед трудностями, полное неверие в дело социалистического строительства.

В более смягченной форме, с целым рядом оттенков и переходов эта тенденция сказывается в разнообразных формах правого уклона. Правый уклон сейчас не выражается еще в сколько-нибудь систематизированной и законченной платформе. Нет и организационного оформления правого уклона, но через большое количество каналов в разнообразных формах он сказывается и будет сказываться в различных звеньях нашей партии.

При напряженном социалистическом строительстве, при усиленном наступлении на капиталистический сектор во всех его проявлениях этот правый уклон в сущности является внутрипартийным выражением тех дрожаний и колебаний в промежуточных слоях, которые в условиях нашей напряженной работы и преодолении больших трудностей неизбежно возникают. Правым уклоном заболевают не только те или другие, если можно так выразиться, политики, но и практики, и последние заболевают больше и сильнее, чем первые.

При нашем наступлении на капиталистический слой в деревне правый уклон выражается в таких, например, фактах, как почти нейтральное или наплевистское отношение к скрытой или полулегальной купле-продаже земли, которая наблюдается в ряде районов; между тем эта купля-продажа земли есть одно из наиболее ярких проявлений роста капиталистических тенденций в деревне.

Правый уклон отражает давление мелкобуржуазной массы на партию. Повторяю, в условиях переживаемых трудностей решительная борьба с такого рода уклонами является совершенно обязательной.

Но в характеристике правого уклона ни в коем случае нельзя доходить до того, до чего дошла "Комсомольская правда", которая пишет: "Основная задача, стоящая перед нами, -- это борьба с правым уклоном, с теми элементами, которые тащат нас на путь буржуазно-демократической реставрации".

Те, кто тащат нас на путь буржуазно-демократической реставрации, принадлежат к контрреволюционерам, и, конечно, таких элементов в партии нет и быть не может.

Под уклоном внутри партии мы имеем в виду такие оттенки мнений, которые в основных принципиальных вопросах согласны с партией, с ее программой, ее решениями, стоят на почве партийности и соблюдения партийной дисциплины, но по тем или другим вопросам переживаемого периода уклоняются от основной линии партии главным образом в сторону недооценки наших возможностей социалистического строительства и наступления на частнокапиталистический сектор.

Когда речь идет о правых уклонах, то подразумеваются уклоны внутри партии, которые на данной стадии нужно преодолевать идеологической борьбой. Это, конечно, не исключает, а, наоборот, подразумевает в дальнейшем, если правый уклон оформится в идеологическом отношении и сойдет с пути безусловной обязательности партийных решений и партийной дисциплины, применение к нему и других мер борьбы.

Троцкизм в основном разбит, решающую идеологическую победу над ним мы одержали. Но было бы ошибкой думать, что он не представляет собой уже никакой идеологической опасности. Часть бывших троцкистов, оставшихся или вновь вошедших в партию, продолжают в том или другом виде проводить троцкистскую идеологию. За пределами партии остатки троцкистов пытаются продолжать свою работу. Их лозунги, спекулирующие на трудностях, могут дать им некоторую возможность привлекать внимание более отсталых элементов пролетариата. Поэтому хотя у нас в резолюции и сказано, что по отношению к правой опасности должна вестись главным образом идеологическая борьба, а по отношению к троцкистам -- борьба всеми мерами, но это нельзя понимать так, что идеологическая борьба с троцкизмом уже кончена. С троцкизмом, активно борющимся в настоящий момент с партией и Советской властью, мы боремся не только идеологически, но и другими мерами. Это, конечно, не исключает того, что на первом плане и тут, и там должна быть идеологическая борьба. На данной стадии меры отсечений и исключения из партии по отношению к правому -- откровенно-оппортунистическому -- уклону являются еще излишними, между тем как в отношении троцкизма уже вынесено решение о несовместимости отстаивания троцкистских взглядов с принадлежностью к партии. Это решение сохраняет и сейчас всю свою силу.

Я не буду подробно говорить о примиренчестве, так как совершенно ясно, что если с уклонами нужно бороться, то нельзя с ними мириться. Корни примиренчества заключаются в недооценке значения ясной политической линии в современной сложной обстановке, в чрезмерном беспринципном практицизме, в обывательской терпимости к уклонам от партийной линии как в области политической пропаганды, так и в практической работе.

Я предвижу, что мне будут заданы вопросы, вероятно в записках, относительно слухов о разногласиях в Политбюро. Сейчас эти слухи распространяются не только в заграничной прессе, но и среди некоторых слоев нашей партии. Я должен эти слухи решительным образом опровергнуть. Как в комиссии Политбюро, так и в самом Политбюро и на Пленуме ЦК решения приняты единогласно.

Разумеется, у нас есть споры по тем или другим конкретным вопросам нашей политики, нашего хозяйственного, культурного и т. д. строительства.

Но в чем заключается работа Политбюро? В том, чтобы мы обсуждали вопросы, спорили по ним и в результате обмена мнений выносили решения.

Было бы непонятно, дико, странно, если бы этих споров и этого обсуждения не было, если бы мы все, как один, думали "тютелька в тютельку". При Ильиче и при его участии мы тоже спорили друг с другом, но ничего от этого, кроме хорошего, не происходило. Вырабатывая то или другое решение, мы, разумеется, к этому решению приходим не сразу, а после известного обмена мнениями и т. д. Политбюро не был бы руководящим органом партии, если бы его членам достаточно было посмотреть друг на друга, чтобы у них получилось единомыслие по всем вопросам.

Вы нас выбрали в ЦК, мы были выбраны в Политбюро -- для чего? Для того чтобы мы рассуждали, спорили и решали. Но если во всяких спорах видеть уклоны, то поставьте тогда куклы или манекены. Но кто бы стал тогда за этих манекенов думать? (Аплодисменты)

Все резолюции по вопросам повестки пленума мы приняли единогласно как при обсуждении их в Политбюро, так и на пленуме. Но если бы у нас даже остались те или иные практические разногласия, то ничего плохого в этом нет. Плохое и вредное начинается тогда, когда получаются две конкурирующие политические линии и по этим линиям начинается размежевание в партии. Вот если бы дело обстояло так, это было бы несчастие. Партия должна все решать и обсуждать, мы имеем право и обязаны обсуждать и спорить.

В области политической ориентировки, политической линии и отношения к резолюции у нас никаких разногласий в составе Политбюро нет. (Продолжительные аплодисменты). Всякий; кто будет это отрицать, будет лгать. Но вреднейшим уклоном является распространение всех этих слухов, спекуляция на них, желание, стремление в каждом небольшом оттенке мнении а иногда даже и разном выражении одной и той же мысли видеть наличие принципиальных разногласий.

Из этого же уклона вытекает стремление, правда отдельных, очень редких экземпляров в нашей партии видеть в некоторых резолюциях результат компромисса, что приводит их к стремлению ориентироваться в своей работе не на все решения пленумов, а только на известную часть их. Это тоже вреднейший уклон. Пленум ЦК исходил и не мог не исходить из того, что только все его решения, вместе взятые, выражают линию партии, и каждый член партии должен исходить из обязательности для него всех решений пленума, со всеми конкретными формулировками этих решений.

В заключение позвольте коротко остановиться на вопросе, стоявшем на пленуме, а именно вопросе о регулировании состава партии. В составе нашей партии рабочих от станка сей час насчитывается что-то около 40%. По отношению ко всей массе членов партии такой процент достаточным считать нельзя, особенно в современных условиях, предъявляющих повышенные требования к сознательности, сплоченности и улучшению социального состава партийных рядов. За последние годы количество партийцев-рабочих поднялось меньше чем в два раза, а крестьян и выходцев из других слоев примерно раза в два.

Работа членов партии в кооперативном аппарате, в государственном аппарате, в других организациях, где в повседневной работе приходится соприкасаться с мелкобуржуазными, буржуазными элементами, которые в отдельных случаях не могут не оказывать своего разлагающего влияния, создает обстановку, в которой наименее устойчивые члены партии начинают бюрократизироваться, отрываться от масс, перерождаться, "загнивать". Это обусловливает необходимость улучшения социального состава членов партии.

Я уже указывал, что мы имеем в рядах партии только 40% рабочих от станка.

В деревенских партийных организациях, как указывалось на Пленуме ЦК на основании частичных обследований в некоторых районах, мы имеем такое положение, что, например, крестьян, имеющих средства производства на сумму от 800 до 1600 руб., в общем составе населения -- 13%, а в партийных организациях их 20%. Наиболее высокие группы со средствами производства, имеющие свыше 1600 руб. на одно хозяйство, составляют в общей массе крестьянского населения 3%, а в партийных организациях их насчитывается 8%.

При всей сугубой ориентировочности этих данных они все же говорят о необходимости улучшения социального состава партийных организаций в деревне, большего вовлечения в них батрачества и беднейшего крестьянства.

Чтобы обеспечить классовую линию партии, мне кажется, необходимо почистить партию -- и не только деревенские, но и городские парторганизации -- от разложившихся элементов. Ибо главный вопрос, который встает и будет все настойчивее вставать перед нами с каждым годом, это вопрос о серьезной реорганизации государственного аппарата и хозяйственных органов, вопрос о большем приближении их к трудящимся массам, вопрос о преодолении бюрократизма во что бы то ни стало, вопрос решительного качественного изменения всей системы нашей работы. Все это возможно сделать только в том случае, если в партию вольется гораздо большее число пролетариев, людей от станка непосредственно с фабрик и заводов, если через них партия сможет теснее связаться с широкими массами рабочих и крестьян.

Почему у нас, например, до сих пор в составе партии нет или почти нет батраков и очень мало женщин? В этом сказывается неумение искать, пожалуй, некоторое пренебрежение к задачам вовлечения путем агитации, пропаганды, систематической живой работы наиболее желательных нам элементов в ряды партии. Наши щупальцы ослабли. Мы сидим в государственных, кооперативных учреждениях, управляем и т. д., и часть членов партии значительно отрывается от повседневных нужд масс. Этот известный отрыв нужно преодолеть. Это можно сделать путем усиления пролетарских элементов в партии, очистки партии от негодных элементов и максимального сближения партии с широкими рабочими и крестьянскими массами.

Товарищи, 1928/29 г. будет годом больших трудностей. Осуществление намеченного нами хозяйственного плана потребует мобилизации всех сил нашей партии, всех сил рабочего класса. Резолюция пленума особо подчеркивает необходимость направить максимальное внимание рабочего класса и его авангарда, нашей партии, на вопросы хозяйственного строительства, необходимость вдумчивого отношения к этим вопросам, одинаково чуждого как крикливому, официально-бюрократическому замазыванию трудностей, так и паникерскому их преувеличению. Мобилизация сил партии и пролетариата на решение стоящих перед нами задач имеет своей абсолютно необходимой предпосылкой максимальное развертывание самокритики в наших рядах, максимальное развертывание внутрипартийной демократии. Это развертывание самокритики и внутрипартийной демократии не может быть обеспечено, если мы вовремя не ликвидируем кое-где и кое у кого тенденции к "пришиванию" уклона налево и направо, к объявлению уклоном всякой самостоятельной мысли.

Нам необходимо на основе четкой политической линии, ни на шаг не отступая от нашей принципиальной политической платформы, той платформы, которая исчерпывающе изложена в решениях XV съезда и в резолюциях последних пленумов ЦК, ни на шаг не отступая от этой платформы, обеспечить самое широкое, всестороннее обсуждение всей партийной массой хозяйственного и политического положения в стране.

Только на основе такого обсуждения мы добьемся такого подъема и такого направления активности и творческой инициативы всей партии, всего рабочего класса сверху донизу, с помощью которых мы трудности, стоящие на нашем пути, одолеем, и наш хозяйственный план, имеющий огромное значение не только с точки зрения итогов этого года, но и с точки зрения более далеких перспектив социалистического строительства, осуществим.