Прожив три месяца в Резиденции, Дали успел узнать о непредсказуемом и обаятельном обитателе общежития – Лорке, который в то время находился дома в Андалузии.

Федерико Гарсиа Лорка родился на шесть лет раньше Дали, в 1898 году, в деревне Фуэнте Вакерос, возле Гранады. В 1918 году его отец, всеми уважаемый землевладелец, профинансировал издание первой книги сына «Впечатления и пейзажи», посвященной путешествию автора по Кастилии и северной части Испании. В 1919 году Лорка поселился в «Рези» через два года после Бунюэля (продолжавшего числиться в Мадридском университете), а в 1920 году в Мадриде состоялась премьера его первой пьесы «Злые чары бабочки». Спектакль освистали. В 1921 году в столице появилась первая «Книга стихотворений» Лорки, получившая благоприятный отзыв на первой полосе испанской прогрессивной газеты «El Sol», который мог быть прочитан Дали, не пропускавшим ни одного ее номера. Летом 1922 года Лорка участвовал вместе с Мануэлем де Фальей в организации фестиваля фламенко в Гранаде. А к осени его с нетерпением ждали в «Рези».

Охваченный постоянным стремлением блистать, Дали вполне мог опасаться конкуренции с Лоркой, поскольку тот был не просто поэтом и подающим надежды драматургом, но и отличным пианистом, остроумным собеседником и завораживающим рассказчиком. Подобно средневековым певцам – хугларам, он декламировал свои стихи и пел народные песни, аккомпанируя себе на рояле, что производило сильное впечатление. Лорка хорошо рисовал и вообще обладал исключительным обаянием.

Но Лорка имел один недостаток – он был гомосексуалистом (факт, не признаваемый даже в наши дни оставшимися в живых его испанскими друзьями). Правая рука Альберто Хименеса Фрауда – Хосе Морено Вилья знал об этом: правда заключалась в том, что поэт вынужден был постоянно контролировать себя, поскольку даже в либеральном культурном центре Испании – Резиденции – гомосексуализм был под запретом. Талантливый поэт, художник и критик искусства, ставший другом Дали, Бунюэля и Лорки, Морено Вилья (1887-1955) был одним из немногих, осмелившихся намекнуть, после убийства Лорки фашистами в 1936 году, на эту «неупоминаемую» сторону его многогранной личности. В автобиографии «Жизнь начистоту» опубликованной в Мехико в 1944 году, Морено Вилья вспоминает волшебные дни в Резиденции и говорит о Лорке: «Не все студенты любили его. Некоторые из них презрительно относились к его пороку и держались от него на расстоянии. Но стоило ему сесть за рояль и начать петь, они сразу же оттаивали».

Дали встретил блестящего молодого андалузца в начале 1923 года, когда Лорка вернулся в «Рези» после долгого отсутствия. У них было много общего: они разделяли любовь к поэзии Рубена Дарио и к Франции, став германофобами еще во время Первой мировой войны; детство обоих было наполнено музыкой и особенно фольклором; они остро чувствовали социальную несправедливость, и с раннего детства их отношения с собственной сексуальностью складывались непросто. Похоже на то, что они сразу же понравились друг другу. Тремя годами позже Дали сказал барселонскому художественному критику Себастьяну Гашу, что их великая дружба держалась на яростном контрасте между «исключительным религиозным духом» поэта и его собственной, не менее значительной, антирелигиозной душой, что приводило к постоянным полуночным дискуссиям. Во всяком случае, Дали эта встреча сильно взволновала, о чем он написал в «Тайной жизни»: «Мне было ясно, что мои новые друзья были намерены взять от меня все, не давая взамен ничего, - все, что они могли бы мне предложить, у меня есть и, надо сказать, в большом количестве и лучшего качества. Однако личность Федерико Гарсиа Лорки произвела на меня огромное впечатление. То был поэтический феномен, уникальный, цельный – поэзия во плоти с пульсирующей кровью, трепещущая от тысяч язычков пламени, сокрытых в темноте потаенной биологии, наделенная, как и всякая сущность, своей собственной неповторимой формой».

Салют, дорогие сообщники!
Ищу материалы о влиянии, которое оказал Лорка на стилистику.
Может быть, Вы можете что-нибудь подсказать? :)