| Исаак Бабель. Шабос-Нахаму (Из цикла "Гершеле") |
[Июл. 3, 2009|08:55 pm] |
Для начала Гершеле съел политую прозрачным салом рубленую печенку с
мелко порубленным луком. Потом он выпил рюмку панской водки (в водке этой
плавали апельсиновые корки). Потом он ел рыбу, смешав ароматную уху с
мягким картофелем и вылив на край тарелки полбанки красного хрена, такого
хрена, что от него заплакали бы пять панов с чубами и кунтушами.
После рыбы Гершеле отдал должное курице и хлебал горячий суп с
плававшими в нем капельками жира. Вареники, купавшиеся в расплавленном
масле, прыгали в рот Гершеле, как заяц прыгает от охотника. Не надо ничего
говорить о том, что случилось с пирогом, что могло с ним случиться, если,
бывало, по целому году Гершеле в глаза пирога не видел?..
http://www.lib.ru/PROZA/BABEL/story_s.txt |
|
|
| рабочий завтрак у Черчилля в 1940 году |
[Июн. 27, 2009|08:40 pm] |
Из мемуаров:
"...я заметил в дальней, противоположной стене открытую дверь, а за ней, в полумраке, силуэт плотного человека в рубашке с засученными рукавами, который неторопливо мыл руки. Он громко позвал: «Мэри, Мэри!», и по этому звучному голосу я узнал Черчилля. Слева приотворилась дверь, - очевидно, буфетной, примыкавшей к столовой, - и оттуда торопливо вышла худенькая женщина средних лет в белом фартучке с кружевным нагрудником, легким, как и ее высокая наколка, - традиционный, классически простой костюм служанки. Черчилль остановился на пороге, вытирая руки.
- К нам на ланч приглашен француз. Есть в доме вино?
- Не думаю, сэр, - робко ответила Мэри.
- Но нам необходимо вино!
Мэри отворила нижнее отделение стенного шкафа. Черчилль бросил полотенце на раковину, вошел в столовую, прихватив свой пиджак, и стал ждать, когда Мэри закончит поиски. Наконец та сказала, обернувшись к хозяину:
- После вчерашней ночной бомбежки тут все вверх дном. Вина больше не осталось".
Дальше - с почти неуловимой примесью то ли Вудхауза, то ли Диккенса - рассказывается, как они ели ростбиф под звуки бомбежки:
http://magazines.russ.ru/inostran/2009/5/du8.html |
|
|
| В.Катаев "Белеет парус одинокий" |
[Июн. 7, 2009|09:20 pm] |
Наконец в толпе произошло легкое, почти бесшумное движение. Один за другим, не торопясь и не толкаясь, люди подходили к свежей могиле, крестились, кланялись в пояс и подавали руку скачала Мотиной маме, потом Гаврику.
Гаврик же, дав Пете держать миску, аккуратно и хозяйственно насупившись, выбирал новенькой деревянной ложкой колево - каждому понемногу, чтобы всем досталось, и клал его в протянутые ковшиком руки и в шапки. Люди с бережным уважением, стараясь не уронить ни зернышка, высыпали колево в рот и отходили, уступая место следующим.
Это было все, что могла предложить дедушкина семья друзьям и знакомым, разделявшим ее горе.
Некоторым из подходивших за колевом рыбакам Гаврик говорил с поклоном:
- Кланялся вам Терентий, просил не забывать: завтра часов в двенадцать маевка на своих шаландах против Аркадии.
- Приедем.
Наконец в опустошенной миске осталось всего четыре лиловых мармеладки.
Тогда Гаврик с достоинством поклонился тем, кому не хватило, сказал: "Извиняйте", - и распределил четыре лакомых кусочка между Женечкой, Мотей и Петей, не забыв, однако, и себя. Давая Пете мармеладку, он сказал:
- Ничего. Она хорошая. Братьев Крахмальниковых. Скушай за упокой души. |
|
|
| В.Катаев "Белеет парус одинокий" |
[Июн. 6, 2009|09:15 pm] |
Привыкнув к темноте, Павлик увидел в углу столик с подарками и тотчас бросился к нему, забыв на минуту о елке. Подарки были превосходные, гораздо лучше, чем он ожидал: лук и стрелы в бархатном колчане, роскошная книга с разноцветными картинками: "Птичий двор бабушки Татьяны", настоящее "взрослое" лото и лошадь - еще больше, еще красивее, а главное, гораздо новее, чем Кудлатка. Были, кроме того, жестяные коробочки монпансье
"Жорж Борман", шоколадки с передвижными картинками и маленький тортик в круглой коробке.
Павлик никак не ожидал такого богатства. Полон стол игрушек и сластей - и все это принадлежит только ему.
Однако мальчику это показалось мало. Он потихоньку перетащил из детской в гостиную все свои старые игрушки, в том числе и ободранную Кудлатку, и присоединил к новым. Теперь игрушек было много, как в магазине, но и этого показалось недостаточно.
Павлик принес знаменитую копилку и поставил ее посредине стола, на барабане, как главный символ своего богатства.
( Читать дальше ) |
|
|
| В.Катаев "Белеет парус одинокий" |
[Июн. 5, 2009|07:05 pm] |
Гаврик глубоко вздохнул, положил ружье и, виновато взглянув на хозяина, сказал усатому:
- Знаете что, дядя: я лучше не буду стрелять, я уже все равно поцелился, а вы меня лучше угостите в будке зельтерской с сюрпризом. Вам же дешевле обойдется.
Усатый ничего не имел против, и они, стараясь не глядеть на хозяина, на его презрительную и вместе с тем насмешливо-равнодушную физиономию, отправились к будке.
Здесь усатый сразу проявил такую щедрость, что Гаврик ахнул. Вместо воды с сиропом, стоившей две копейки, господин потребовал не больше не меньше, как целую большую бутылку воды "Фиалка" за восемь копеек.
Мальчик даже не поверил своим глазам, когда будочник достал белую бутылку с фиолетовой наклейкой и раскупорил тоненькую проволоку, которой была прикручена пробочка.
Бутылка выстрелила, но не грубо, как стрелял квас, а тоненько, упруго, деликатно. И тотчас прозрачная вода закипела, а из горлышка пошел легкий дымок, действительно распространивший нежнейший аромат самой настоящей фиалки.
Гаврик осторожно взял обеими руками, как драгоценность, холодный кипучий стакан и, зажмурившись против солнца, стал пить, чувствуя, как пахучий газ бьет через горло в нос.
Мальчик глотал этот волшебный напиток богачей, и ему казалось, что на его триумф смотрит весь мир: солнце, облака, море, люди, собаки, велосипедисты, деревянные лошадки карусели, кассирша городской купальни... И все они говорят: "Смотрите, смотрите, этот мальчик пьет воду "Фиалка"!"
Даже маленькая бирюзовая ящеричка, выскочившая из бурьяна погреть на солнце бисерную спину, висела, схватившись лапкой за камень, и смотрела на мальчика прищуренными глазами, как бы говоря тоже: "Смотрите на этого счастливого мальчика: он пьет воду "Фиалка"!" |
|
|
| Кронин. Замок Броуди |
[Июн. 2, 2009|01:17 pm] |
Когда он ушел, Нэнси принялась готовить обед, но, несмотря на то, что она запоздала, без всякой спешки, с самым безмятежным, даже нарочито небрежным спокойствием. Бросила на сковороду целый фунт колбасы и поставила ее жариться на плиту, потом разостлала на столе грязную скатерть, с грохотом поставила несколько тарелок на обычные места и так же небрежно швырнула ножи и вилки.
Когда вошла Нэнси, неся блюдо с колбасой, он быстро поднял глаза, притягиваемый, как магнитом, ее взглядом, но когда она поставила перед ним блюдо, посмотрел на нее и спросил надтреснутым голосом, похожим на звук испорченного инструмента:
- Разве ты сегодня не варила для меня суп, Нэнси?
- Нет, - отрезала она. - Не варила.
- А сегодня хорошо бы съесть капельку горячего бульону, - сказал он с легким неудовольствием. - Я порядком продрог. Но раз бульона нет, значит нет. А где картофель?
- Некогда мне было сегодня возиться с картофелем. Я и так с ног сбилась. Вы не можете требовать, чтобы я каждый день все успевала и портила руки в холодной грязной воде, чистя картошку. Я к этому не привыкла. Вы довольствовались обедом попроще этого, когда заходили ко мне в "Герб Уинтонов", а с тех пор дела ваши не поправились. Ешьте, что подают, и будьте довольны!
Зрачки его расширились, губы сложились уже для сердитого ответа, но он с трудом сдержался, положил себе на тарелку колбасы и, взяв кусок хлеба, принялся за еду. |
|
|
| Кронин. Замок Броуди |
[Июн. 2, 2009|01:06 pm] |
На другое утро Броуди сидел за завтраком угрюмый, рассеянный, и две резкие поперечные морщины (которые в последнее время сильно углубились) обозначались у него на лбу между запавших глаз, как рубцы от ран, придавая и без того мрачному лицу выражение постоянной озабоченности. Доев кашу, он с плохо скрытым нетерпением ожидал кофе, который миссис
Броуди наливала для него в посудной.
Эта утренняя чашка кофе была одной из постоянных мелких невзгод, омрачавших беспокойное существование мамы: чай она готовила превосходно, кофе же ей редко удавалось подать так, чтобы угодить требовательному вкусу Броуди, то есть свежезаваренным, только что налитым и страшно горячим. Этот невинный напиток стал удобным поводом для утренних скандалов, и не проходило дня, чтобы Броуди за завтраком не разражался злобными жалобами. Кофе оказывался то слишком сладким, то недостаточно крепким, то плохо процеженным. Он то обжигал язык, то в нем плавало слишком много "пенок" от горячего молока. Как ни старалась миссис Броуди, результат никогда не удовлетворял ее супруга. Самый процесс подавания ему этой чашки стал для нее своего рода епитимьей, так как, отлично зная, что у нее трясутся руки, он требовал, чтобы чашка была полна до краев и чтобы ни единая капля не пролилась на блюдце. Этот последний грех считался самым непростительным, и когда он случался, Броуди нарочно делал так, чтобы капля с блюдца упала ему на пиджак, и начинал ворчать:
- Неряха, смотри, что ты наделала! Я не могу иметь ни одного чистого костюма из-за твоей небрежности и неосторожности. Сегодня, когда мама вошла с чашкой, он метнул на нее гневный взгляд за то, что она заставила его ждать ровно девять секунд. Взгляд этот стал насмешливым и не отрывался от нее, пока она, напряженным усилием слегка дрожавшей руки держа чашку на блюдце совершенно неподвижно, медленно двигалась от двери к столу. Она уже почти достигла цели, но вдруг, дико вскрикнув, уронила все на пол и обеими руками схватилась за левый бок. |
|
|
| Кронин. Замок Броуди |
[Июн. 2, 2009|01:04 pm] |
Он сразу же сел за стол и стал копаться ложкой в большой миске с дымящимся супом, распространявшим вкусный запах говядины и костей и густым от клейкой ячменной крупы. Миска уже стояла на столе, ожидая его, - доказательство преданности и заботливости его жены, которых он упорно не замечал. "Подходящая штука в такой холодный день", - подумал он, хлебая суп с жадностью прожорливого животного, быстро поднося ко рту полную ложку и непрерывно работая челюстями. Куски мяса и мелкие косточки, плававшие в супе, он перемалывал своими крепкими челюстями, наслаждаясь сознанием, что давно уже у него не было такого аппетита и давно еда не казалась ему такой вкусной.
- Отличный суп! - снизошел он до обращения к миссис Броуди и причмокнул губами. - Твое счастье, что он хорош. Если бы в такой день у тебя подгорел суп, я бы вылил его тебе на голову. - Затем, так как она не вставала, растерявшись от неожиданной похвалы, он прикрикнул на нее:
- Ну, чего сидишь, разинув рот? Неужели это весь мой обед?
Миссис Броуди тотчас вышла и торопливо вернулась, неся вареную говядину с картофелем и капустой; она боязливо недоумевала, что вывело ее супруга из постоянной угрюмой молчаливости. Он отрезал большой кусок жирного мяса и бросил его к себе на тарелку, затем наложил ее доверху гарниром и принялся за еду. |
|
|
| Кронин. Замок Броуди |
[Июн. 2, 2009|12:53 pm] |
Стукнула поставленная на место трость; по коридору мерно прозвучали тяжелые шаги; дверь в кухню отворилась, и вошел Джемс Броуди. Он направился к ожидающему его столу, сел, протянул руку за своей собственной большой чашкой, наполненной до краев горячим чаем; потом ему подали прямо с плиты полную тарелку ветчины с яйцами, булку, специально
для него нарезанную и намазанную маслом, и он, как только сел, принялся за еду.
После того, как глава семейства приступил к еде, разрешалось начать и остальным, но их меню состояло, разумеется, из одного только чая с гренками; сигнал подала бабушка, жадно завладев своими мягкими ломтиками. Иногда, если ее сын бывал в особенно благодушном настроении, он милостиво уделял ей со своей тарелки лакомые кусочки, но сегодня она по его манере держать себя видела, что этого редкого угощения ей не дождаться, и безропотно удовлетворилась тем скромным наслаждением, какое могла доставить ей имевшаяся в ее распоряжении пища. Остальные члены семьи ели каждый на свой лад: Несси - с большим аппетитом, Мэри - рассеянно, а миссис Броуди, втихомолку закусившая какой-нибудь час тому назад, ковыряла подгорелый кусок на своей тарелке с видом существа, слишком хрупкого и слишком обремененного заботами о других, чтобы находить удовольствие в еде. |
|
|
| А.П. Чехов "Сирена" |
[Май. 21, 2009|04:03 pm] |
|
- К несчастью, я не могу вам сочувствовать: у меня катар желудка. - Полноте, сударь! Катар желудка доктора выдумали! Больше от вольнодумства да от гордости бывает эта болезнь. Вы не обращайте внимания. Положим, вам кушать не хочется или тошно, а вы не обращайте внимания и кушайте себе. Ежели, положим, подадут к жаркому парочку дупелей, да ежели прибавить к этому куропаточку или парочку перепелочек жирненьких, то тут про всякий катар забудете, честное благородное слово. А жареная индейка? Белая, жирная, сочная этакая, знаете ли, вроде нимфы... - Да, вероятно, это вкусно, - сказал прокурор, грустно улыбаясь. - Индейку, пожалуй, я ел бы. - Господи, а утка? Если взять молодую утку, которая только что в первые морозы ледку хватила, да изжарить ее на противне вместе с картошкой, да чтоб картошка была мелко нарезана, да подрумянилась бы, да чтоб утиным жиром пропиталась, да чтоб... Философ Милкин сделал зверское лицо и, по-видимому, хотел что-то сказать, но вдруг причмокнул губами, вероятно, вообразив жареную утку, и, не сказав ни слова, влекомый неведомою силой, схватил шляпу и выбежал вон |
|
|
| Устрицы на столе, в истории и изящной словесности |
[Май. 20, 2009|07:44 pm] |
Прошу простить несколько неловкое вторжение : если среди участников этого неожиданного и, несомненно, уникального сообщества есть и такие, кто интересуется устрицами, оставившими, правда, не самый значительный след в российской изящной словесности, мы были бы искренне рады более тесной связи между нашими сообществами. Нам будет приятно, если "литературная история" устриц скрасит наши устричные беседы, тогда как вам, быть может, будет не слишком скучно больше узнать об этих мимолетных персонажах Плиния-младшего, Раблэ, Пушкина или Толстого. Разумеется, это сообщение не отвечает теме вашего прелестного сообщества, и нас нисколько не заденет, если оно будет достаточно скоро удалено. |
|
|
| Герман Мелвилл "Моби Дик" |
[Май. 18, 2009|07:23 pm] |
"- Разинька или треска?
- Простите, что такое вы сказали насчет трески, мадам? - с изысканной вежливостью переспросил я.
- Разинька или треска?
- Разинька на ужин? Холодный моллюск? Неужели именно это хотели вы сказать, миссис Хази? - говорю я. - Не слишком ли это липкое, холодное и скользкое угощение для зимнего времени, миссис Фурия, как вы полагаете?
Но она очень торопилась возобновить перебранку с человеком в фиолетовой фуфайке, который дожидался в сенях своей порции ругани и, видимо, ничего не разобрав в моей тираде, кроме слова "разинька", подбежала к раскрытой двери в кухне, выпалила туда: "Разинька на двоих!" - и исчезла.
- Квикег, - говорю я. Как ты думаешь, хватит нам с тобой на ужин одной разиньки на двоих?
Однако из кухни потянул горячий дымный аромат, в значительной мере опровергавший мои безрадостные опасения. Когда же дымящееся блюдо очутилось перед нами, загадка разрешилась самым восхитительным образом. О любезные други мои! Послушайте, что я вам расскажу! Это были маленькие, сочные моллюски, ну не крупнее каштана, перемешанные с размолотыми морскими сухарями и мелко нарезанной соленой свининой! Всё это обильно сдобрено маслом и щедро приправлено перцем и солью!
Аппетиты у нас порядком разыгрались на морозном воздухе после поездки, особенно у Квикега, неожиданно увидевшего перед собою любимое рыбацкое кушанье; к тому же на вкус это блюдо оказалось просто превосходным, так что мы расправились с ним с великой поспешностью..." |
|
|
| Морис Дрюон, "Когда король губит Францию", 4. Кардинал и звёзды |
[Май. 2, 2009|11:22 pm] |
Эге, племянник, вам, я вижу, пришлись по вкусу не только мои носилки, но и та пища, что нам сюда подают. И мое общество, конечно, мое общество тоже... Возьмите-ка еще кусочек шпигованной утки, той, что нам преподнесли в Нонтроне. Шпигованная утка - это, так сказать, гордость нонтронских поваров. Удивительно, как это мой повар ухитряется сохранять нам кушанья теплыми...
Брюне, Брюне! Скажите моему повару, что я весьма и весьма доволен тем, что он подает мне во время дороги теплую пищу. Прямо искусник какой-то...
Ах, в его повозке есть жаровня... Нет, нет, я вовсе не жалуюсь, что он кормит меня дважды подряд одним и тем же, особенно если он вкусным кормит.
Вчера вечером мне эта шпигованная утка показалась очень и очень приятной.
Возблагодарим господа бога за то, что у нас ее оказалось в достатке.
А вино, пожалуй, слишком молодое и слишком легкое. Конечно, это не вино Сент-Фуа или Бержерака, к которым вы привыкли, Аршамбо, не говоря уже о сент-эмильонском и люссакском, они и впрямь упоительны, но теперь, увы, их целыми кораблями гонят в Англию через Либурн... Французская глотка уже не имеет на них права.
Ведь верно, Брюне, ни в какое сравнение со стаканом доброго бержерака не идет? Рыцарь Эймар Брюне родом из Бержерака и считает хорошим лишь то, что растет и родится у них на родине. Я чуточку над ним за это пристрастие подсмеиваюсь... |
|
|
| Н.В. Гоголь "Мертвые души" |
[Апр. 29, 2009|03:54 pm] |
— Что ж, душенька, пойдем обедать, — сказала Собакевичу его супруга.
— Прошу! — сказал Собакевич.
Засим, подошевши к столу, где была закуска, гость и хозяин выпили как следует по рюмке водки, закусили, как закусывает вся пространная Россия по городам и деревням, то есть всякими соленостями и иными возбуждающими благодатями, и потекли все в столовую; впереди их, как плавный гусь, понеслась хозяйка.
...
( — Щи, моя душа, сегодня очень хороши! ) |
|
|
| Н.А. Тэффи, "Банальная история" |
[Апр. 12, 2009|06:18 pm] |
Пошел в магазин, купил мандарины и кильки и, уже уходя, увидел роскошную корзину, выставленную в витрине. Огромная, квадратная. В каждом углу, выпятив пузо, полулежали бутылки шампанского. Гигантский ананас в щитовидных пупырях, словно осетровая спина, раскинул пальмой свой зеленый султан. Виноград, крупный, как сливы, свисал тяжелыми гроздьями. Груши, как раскормленные рыхлые бабы в бурых веснушках, напирали на круглые, лоснящиеся рожи румяных яблок.
Потрясающая корзина |
|
|
| navigation |
| [ |
viewing |
| |
most recent entries |
] |
| [ |
go |
| |
earlier |
] |
| |
|
|