про пёсиков

Всемирный день бездомных животных.

2008-08-16T08:37:33Z

"У меня есть собака, значит,-
у меня есть душа...
У меня есть собака, верней,
У меня есть кусок души,
А не просто собака.
Я люблю её и порой
Очень сочувствую ей:
Нет собаки у бедной собаки моей.
И вот, когда мне бывает грустно…
А знаешь ли ты, что значит собака,
Когда тебе грустно?
…И вот когда мне бывает грустно,
Я обнимаю её за шею
И говорю ей:
"Собака,
Хочешь, я буду твоей собакой?"
Хулио Сесар Сильвайн

Для Пёса про пёсов

2008-07-04T12:28:39Z

Тест: какой ты песик?

ну ты даеш)))я такого позитивного человечка как ты еще не видела))))))ты некогда не унываеш))))проблем для тебя не существует))))ты всегда подымаеш настроение окружающим)))))

Пройти тест

Толковый зверок

2008-06-20T12:51:31Z

В США собака спасла жизнь хозяину, набрав зубами номер 911
22.06.06 09:25
Вашингтон, США, Июнь 22 (Новый Регион) – В США собака породы бигль по кличке Белль спасла своего хозяина-диабетика, набрав номер 911, когда ему стало плохо. Теперь Белль по праву может называться не только другом человека, но и спасителем жизни.

Он стал первым животным, которое в минувший понедельник удостоилось престижной премии фонда VITA: этот фонд занимается рекламой мобильных телефонов как «помощников» в чрезвычайных ситуациях, передает AP.

Житель Флориды Кевин Уивер купил двухлетнюю Белль, чтобы она составляла ему компанию. Но когда он услышал об ассоциации, специализирующейся на дрессировке собак для диабетиков, он решил, что ей следует пройти программу обучения.

Белль научилась распознавать уровень сахара в крови хозяина, несколько раз в день облизывая его языком и нюхая кончик его носа. Когда сахар падает до недопустимого уровня, она может предупредить его об этом, поскулив и несколько раз ударив лапой. «Каждый раз она так делала, я тут же хватал прибор и проверял свое состояние. Она никогда не ошибалась», – вспоминает Уивер.

Проснувшись утром 7 февраля этого года, Кевин Уивер почувствовал себя плохо. Собака скулила и толкала его лапой, но он подумал, что она просто просится погулять. Через несколько минут он потерял сознание.

Белль тут же нашла мобильный телефон хозяина и зубами нажала на цифру 9: этому ее научили дрессировщики. Номер службы «911» был запрограммирован, и уже через несколько минут машина «скорой помощи» была на месте.

«Я уверен, что если бы Белль не было со мной в то утро, сегодня меня не было бы в живых», – заявил ее владелец Кевин Уивер. «Белль не просто моя спасительница: она моя лучшая подруга», – добавил он.

Нелегкая, но вкусная жизнь собаки в лесу

2008-05-12T09:50:34Z

Вот так, тихой сапой, ~~Лисы~~ лайки выживают ~~зайцев~~ человеков из ~~лубяной избушки~~ шалаша:

про рай для пёсиков

2008-03-19T06:18:55Z

...сам сёгун Цунаёси родился в год Собаки - оттого-то и принялся он за спасение и охрану собачьего племени поистине с неистовым рвением. Нередко случалось, что за убийство бродячей собаки приговаривали к смертной казни. Обо всех щенках дворовых собак надлежало докладывать в письменном виде подробнейшим образом, вплоть до окраски. В околоточных управах переписали все дома, где содержались собаки, а для того, чтобы собрать в одно место бродячих псов, в накано подготовили просторные вольеры и понастроили собачих будок, да не простых, а особенных: крыши из добротной дранки, дощатые полы и потолки - настоящие храмы. Собакам выдавалось специальное кормовое довольствие. Был там и домик для смотрителей из чиновных лиц. Целыми днями бродили по улицам команды служилых, волоча ящики из досок криптомерии, застеленные внутри толстыми матрасами на шелку. Им было велено подбирать всех бродячих собак, сажать в ящик и доставлять прямиком в Накано, а потом возвращаться на дежурство. Кормили собак от пуза. На каждого полагалось в день по три го отборного риса (это вот больше, чем полкило), на десятерых - по пятьсот моммэ соевой пасты да по пятьсот моммэ вяленной строганины (а это вот почти 2 килограмма). В случае болезни заботу о псе принимали на себя два специально прикомандированных лекаря.

(с) дзиро осираги "ронины из ако"

Кросспост из warhistory про героического пёса

2008-03-06T14:42:14Z

http://community.livejournal.com/warhistory/1221526.html

это вот в честь прошедшего юбилея, конешно же

2008-02-18T10:04:06Z

Не пью я вина, не курю я табак,
Зато я имею 15 собак.
Встаю спозаранку - часы и пиджак
Приносят к кровати 15 собак.

Заливай, Зажигай, Гай, Давило,
Обругай, Докучай, Чай, Чудило,
Купорос, Патронташ, Плакса, Чайка,
Виртуоз, Ералаш, Балалайка.

И я улыбаюсь и песню пою,
15 кусков колбасы достаю,
Мои дорогие собаки и псы
Весьма уважают кусок колбасы.

Отправлюсь я в лес, а вокруг из кустов
Виляют мне сразу 15 хвостов.
А если устал я и духом ослаб,
Тогда подают мне 15 штук лап.

Не пью я вина, не курю я табак,
А если уж выпью - держусь за собак.
Они меня любят, меня берегут
И под руки к дому всегда приведут.

Заливай, Зажигай, Гай, Давило,
Обругай, Докучай, Чай, Чудило,
Капарос, Патронташ, Плакса, Чайка,
Виртуоз, Ералаш, Балалайка.

(с) Юрий Коваль "Песенка про 15 собак"

pro_piosikoff @ 2008-02-08T21:12:00

2008-02-08T18:15:49Z

Извиняйте, если было...
- Купил себе шотландскую овчарку, так она теперь соседей пугает!
- Что, лает громко?
- Нет, она вообще не лает, но эта клетчатая юбка и волынка...

ещё афоризм

2008-01-17T13:00:33Z

Только человек, у коорого есть собака, чувствует себя человеком (с) "Пшекруй"

афоризм про пёсиков

2008-01-17T06:17:49Z

потомушта правильно я думаю

Как правило, во всех проишествиях в доме винят собаку. И всё лишь из-за того, что собака обычно выглядит более виноватой, чем кошка
=( (с) стивен бейкер

п.сы. большое спасибо pobresito за подаренную книжку

pro_piosikoff @ 2007-12-17T10:27:00

2007-12-17T07:22:41Z

снаружи - шкура собаки; внутри - шкура тигра

(с) древняя самурайская пословица

про пёсиков и про жаб ,)

2007-10-03T10:06:37Z

это вот по поводу предыдущего поста:

Ляжет тень собаке на
Бьется жаба в паутине из
Дальше, лучше, глубже,
Выше, ниже за
Гордый, добрый, вечный,
Чистый и
Диги-диги-диги-ли

Заживо собака на
Бьется жаба в паутине из
Дальше, лучше, глубже,
Выше, ниже, за
Добрый, гордый, вечный,
Чистый

(с) д. озерский

pro_piosikoff @ 2007-10-03T12:34:00

2007-10-03T08:30:45Z

Громко фыркает и хрюкает собака -
Проглотила лягушку
В высокой траве...

pro_piosikoff @ 2007-10-01T13:30:00

2007-10-01T09:33:44Z

про эротишных пёсиков

2007-09-28T06:42:45Z

потомушта мимо вот этого вот жж: belyi_mitia пройти не мог. там, правда, не тока пёсики, к сожалению

п.сы. и спасибо большое yuki_chan, конешно же

Wanted!!!

2007-07-30T18:13:45Z

За разбой и ночной грабёж хозяев, разыскивается собака-красотка!

pro_piosikoff @ 2007-07-27T12:34:00

2007-07-27T08:34:30Z

продолжим про бардов

ДЖИМ

Двадцать лет, свирель, котомка,
лучший посох в мире, лучший кнут.
Джим - овчар, в округе славный -
через реку стадо гонит вброд.
Всё, казалось бы, нетленно,
всё незыблемо, - но Случай тут как
тут: привет, землетрясенье!
Дно колеблется, и тонет скот...

В берег врос, молчит, не лает
пёс, помощник Джима, тоже Джим.
Нем и я. Моя отвага
вся ушла, на чёрном скрылась дне.
В сотый раз забыв, что зримый
мир вокруг скорее всё же мним, чем
зрим, стою, смотрю, гадаю:
жизнь моя, иль ты приснилась мне?

Смехом смех, но я, должно быть,
тоже Джим, иначе что за пыл?
Сам же всё привёл в движенье,
сам расставил семафоры, плут.
Вялый слог, набросок бледный,
штрих, пунктир, сеанс гипноза - был и
сплыл, так - что по нём я стражду?
Что к нему мои все взоры льнут?

Зной дрожит, стога дымятся.
Край земли, хоть сядь и ноги свесь.
Двадцать лет, пустых, как космос.
Счастья вкус, житья иного след.
Скажут мне: уж не венец ли
долгих домыслов о Боге весь твой
здесь? Не это ль, скажут, Бог твой?
Вздор, скажу, такого слова нет.
(с) м. щербаков

п.сы. предыдущий пост был стёрт.
и впредь буду тереть!!!

pro_piosikoff @ 2007-07-26T01:10:00

2007-07-25T21:12:31Z

- Слушай, почему тебя так давно не было видно?
- Ну, понимаешь, я лечился у психиатра. Мне казалось, что я - ирландский волкодав...
- Да? А сейчас ты как, вылечился?
- Конечно! Потрогай мой нос!

http://news.ntv.ru/101869/

2007-07-19T10:02:12Z

Пес-преступник предпочитает странный десерт 20.01.2007, 19:38
Версия для печати

Изворотливые воришки в Китае так надрессировали собаку, что теперь четвероногий друг человека регулярно похищает сотовые телефоны доверчивых граждан.

Одна из газет обращается к читателям с призывом: «Жители Гуанчжоу! Будьте бдительны и опасайтесь большой белой собаки, ворующей мобильный телефоны».

Сравнительно недавно в городе объявился миловидного вида большой белый пес. Он без стеснения захаживает в дома граждан. Хозяева уверены, что животное таким образом ищет пропитание.

Однако история эта практически всегда имеет один финал: «на десерт» собака обычно прихватывает чей-нибудь мобильный телефон, беспечно лежащий на столе или комоде.

Учитывая немалое количество столь необычных краж, стражам порядка были вынуждены признать пса «матерым вором» и устроить на него охоту. Пока операция не принесла результатов, передает ИТАР-ТАСС.

Город Гуанчжоу известен в Китае как один из «проблемных» городов страны. Нападения на граждан и многочисленных туристов там случаются нередко. Преступники даже не боятся камер наблюдения, которые установлены по всему городу. Полиция борется с беспределом, но преступники все время придумывают новые уловки.

Собако - друг не только человека, но и китайсы.

2007-07-13T10:05:40Z

и ещё

2007-07-12T08:10:01Z

В подъезде дома, где жил писатель-путешественник, меня
остановила женщина, которую хотелось назвать теткой. Она сидела
у лифта в полуразвалившемся кресле, из которого торчали хвосты
мочалок, и читала роман Толстого "Война и мир".
-- Куда? -- спросила она.
-- К писателю.
-- Здесь все писатели.
-- Как это?
-- А так -- полон дом. Ты к кому?
Я ответил и, пораженный, не решился ехать на лифте. Целый
дом писателей я встретить никак не ожидал и даже представить
себе не мог, что такие дома на свете существуют. Подымаясь с
этажа на этаж, разглядывал я двери, обтянутые кожей, по которым
созвездиями разбросаны были золотые кнопки. Из-за дверей
раздавался собачий лай, звуки пианино, а иногда и стук пишущей
машинки. Где-то посреди пути охватил меня вкуснейший дух
баранины с чесноком, в котором и вправду чувствовалось что-то
мощное, крепкое, писательское.
Добравшись до квартиры писателя-путешественника, я хотел
было позвонить, как вдруг увидел табличку:
Звонить воспрещается! За нарушение -- смертная казнь!
Я потоптался у двери, не зная, что делать. На всякий случай
звонить не стал, а легонько поскребся в дверь. За дверью в
общем-то было тихо, только кто-то поскреб ее с той стороны. Я
постоял и снова слегка поскребся. С той стороны поскреблись в
ответ.
Вдруг дверь распахнулась, и я оказался лицом к лицу с
огромной собакой без хвоста. Она глядела на меня тяжелым
изучающим взглядом.
-- Чанг, кто там? -- послышался голос.-- Если Гусаков,
загрызи его, а если тот тип, что звонил насчет лодки, пускай
войдет.
Чанг посмотрел мне в глаза, сообразил, что я не Гусаков, и
вильнул обрубком хвоста в сторону комнаты.
Я вошел и увидел писателя-путешественника. Он сидел на полу,
на медвежьей шкуре, и курил кривую трубку. По левую руку от
него на шкуре росомахи стоял радиоприемник "Теле-функен". По
правую, на шкуре волка,-- красный телефон.
Прямо под потолком висела настоящая длинная лодка, по виду
напоминающая эскимосский каяк. Я видел ее боевое дно,
исцарапанное, покрытое шрамами и облепленное старой засохшей
рыбьей чешуей. Я поздоровался и спросил:
-- А как Чанг отличил меня от Гусакова?
-- По запаху,-- серьезно ответил писатель и негромко
приказал: -- Чанг, принеси гостю чего-нибудь помягче.
Громко топая, бесхвостый Чанг сходил на кухню и принес шкуру
рыси. Я расстелил ее и уселся.
-- У меня есть еще шкура австралийского ежа. Я стелю ее,
когда приходит Гусаков.
-- Как же Чанг его до сих пор не загрыз?
-- Это не так просто. Чанг грызет его второй год, а тот --
как новенький.
Чанг виновато опустил голову, дескать, что ж тут поделаешь,
бывают такие, несгрызаемые гости.

(с) Ю. Коваль "Самая лёгкая лодка в мире"

а потомушта

2007-07-10T07:36:34Z

Юрий Коваль.

КАРТОФЕЛЬНАЯ СОБАКА

Дядька мой, Аким Ильич Колыбин, работал сторожем
картофельного склада на станции Томилино под Москвой. По своей
картофельной должности держал он много собак .
Впрочем, они сами приставали к нему где-нибудь на рынке
или у киоска "Соки-воды". От Акима Ильича по-хозяйски пахло
махоркой, картофельной шелухой и хромовыми сапогамн. А из
кармана его пиджака торчал нередко хвост копченого леща.
Порой на складе собиралось по пять-шесть псов, и каждый
день Аким Ильич варил им чугун картошки. Летом вся эта свора
бродила возле склада, пугая прохожих, а зимой псам больше
нравилось лехать на теплой, преющей картошке.
Временами на Акима Ильича нападало желание разбогатеть. Он
брал тогда кого-нибудь из своих сторожей на шнурок и вел
продавать на рынок. Но не было случая, чтоб он выручил хотя бы
рубль. На склад он возвращался еще и с приплодом. Кроме своего
лохматого товара, приводил и какого-нибудь Кубика, которому
некуда было приткнуться.

Весной и летом я жил неподалеку от Томилино на дачном
садовом участхе. Участок этот был маленький и пустой, и не
было на нем ни сада, ни дачи - росли две елки, под которыми стоял
сарай и самовар на пеньке.
А вокруг, за глухими заборами, кипела настоящая дачная
жизнь: цвели сады, дымились летние кухни, поскрипывали гамаки.
Аким Ильич часто наезжал ко мне в гости и всегда привозил
картошки, которая к весне обрастала белыми усами.
- Яблоки, а не картошка! - расхваливал он свой
подарок.- Антоновкя!
Мы варили картошку, разводили самовар и подолгу сидели на
бревнах, глядя, как между елками вырастает новое сизое и
кудрявое дерево - самоварный дым.
- Надо тебе собаку завести,- говорил Аким Ильич.-
Одному скучно жить, а собака, Юра, это друг человека.

Хочешь, привезу тебе Тузика? Вот это собака! Зубы - во!
Башка - во!
- Что за имя - Тузик. Вялое какое-то. Надо было назвать
иокрепче. - Тузик - хорошее имя,- спорил Аким Ильич.- Все
равно как Петр или Иван. А то назовут собаку Д:кана или Жеря.
Что за Жеря - не пойму.
С Тузиком я встретился в июле.
Стояли теплые ночи, и я приноровился спать на траве, в
мешке. Не в спальном мешке, а в обычном, из-под картошки. Он
был сшит из прочного ноздреватого холста для самой, наверно,
лучшей картошки сорта "лорх". Почему-то на мешке написано было
"Пичугин". Мешок я, конечно, выстирал, прежде чем в нем спать,
но надпись отстирать не удалось.
И вот я спал однажды под елками в мешке "Пичугин".
Уже наступило утро, солнце поднялось над садами и дачами,
а я не просыпался, и снился мне нелепый сон. Будто какой-то
парикмахер намылыливает мои щеки, чтоб побрить. Дело свое
парикмахер делал слишком упорно, поэтому я и открыл глаза.
Страшного увидел я "парикмахера".
Надо мной висела черная и лохматая собачья рожа с желтыми
глазами и разинутой пастью, в которой видны были сахарные
клыки. Высунув язык, пес этот облизывал мое лицо.
Я закричал, вскочил было на ноги, но тут же упал,
запутавшись в мешке, а на меня прыгал "парикмахер" и ласково
бил в грудь чугунными лапами.
- Это тебе подарок! - кричал откуда-то сбоку Аким
Ильич.- Тузик звать!
Никогда я так не плевался, как в то утро, и никогда не
умызался так яростно. И пока я умывался, подарок - Тузик
наскакивал на меня и выбил в конце концов мыло из рук. Он так
радовался встрече, как будто мы и прежде были знакомы. -
Посмотри-ка, - сказал Аким Ильич и таинственно, как фокусник,
достал из кармана сырую картофелину.
Он подбросил картофелину, а Тузик ловко поймал ее на лету
и слопал прямо в кожуре. Крахмальный картофельный сок струился
по его кавалерийским усам.

Тузик был велик и черен. Усат, броваст, бородат. В этих
зарослях горели два желтых неугасимых глаза и зияла вечно
разинутая, мокрая, клыкастая пасть.
Наводить ужас на людей - вот было главное его занятие.
Наевшись картошки, Тузик ложился у калитки, подстерегая
случайных прохожих. Издали заприметив прохожего, он таился В
одуванчиках и в нужный момент выскакивал с чудовищным Ревом.
Когда же член дачного кооператива впадал в столбняк,

Тузик радостно валился на землю и смеялся до слез, катаясь
на спине.
Чтоб предостеречь прохожих, я решил приколотить к забору
надпись: "Осторожно - злая собака". Но подумал, что это слабо
сказано, и так написал:

ОСТОРОЖНО!
КАРТОФЕЛЬНАЯ СОБАКА !

Эти странные, таинственные слова настраивали на испуганный
лад. Картофельная собака - вот ужас-то!
В дачном поселке скоро прошел слух, что картофельная
собака - штука опасная. - Дядь! - кричали издали ребятишки,
когда я прогуливался с Тузиком.- А почему она картофельная?
В ответ я доставал из кармана картофелину и кидал Тузику.
Он ловко, как жонглер, ловил ее на лету и мигом разгрызал.
Крахмальный сок струился по его кавалерийским усам.

Не прошло и недели, как начались у нас приключения.
Как-то вечером мы прогуливались по дачному шоссе. На
всякий случай я держал Тузика на поводке.
Шоссе было пустынно, только одна фигурка двигалась
навстречу. Это была старушка-бабушка в платочке, расписанцом
огурцами, с хозяйственной сумкой в руке.
Когда она поравнялась с нами, Тузик вдруг клацнул зубами и
вцепился в хозяйственную сумку. Я испуганно дернул поводок -
Тузик отскочил, и мы пошли было дальше, как вдруг за спиной
послышался тихий крик:
- Колбаса!
Я глянул на Тузика. Из пасти его торчал огромный батон
колбасы. Не колесо, а именно батон толстой вареной колбасы,
похожий на дирижабль.
Я выхватил колбасу, ударил ею Тузика по голове, а потом
издали поклонился старушке и положил колбасный батон на шоссе,
подстелив носовой платок.
...По натуре своей Тузик был гуляка и барахольщик. Дома он
сидеть не любил и целыми днями бегал где придется.
Набегавшись, он всегда приносил что-нибудь домой: детский ботинок, рукава
от телогрейки, бабу тряпичную на чайник. Все это он складывал к
моим ногам, желая меня порадовать. Честнр сказать, я не хотел
его огорчать и всегда говорил:
- Ну молодец! Ай запасливый хозяин!
Но вот как-то раз Тузик принес домой курицу. Это была
белая курица, абсолютно мертвая.
В ужасе метался я по участку и не знал, что делать с
курицей. Каждую секунду, замирая, глядел я на калитку: вот
войдет разгневанный хозяин.

Время шло, а хозяина курицы не было. Зато появилcя Аким
Ильич. Сердечно улыбаясь, шел он от калитки с мешком картошки
за плечами.
Таким я помню его всю жизнь: улыбающимся, с мешком
картошки за плечами.
Аким Ильич скинул мешок и взял в руки курицу.
- Жирная,- сказал он и тут же грянул курицей Тузика по
ушам.
Удар получился слабенький, но Тузик-обманщик заныл и
застонал, пал на траву, заплакал поддельными собачьими
слезами.
- Будешь или нет?!
Тузик жалобно поднял вверх лапы и скорчил точно такую
горестную рожу, какая бывает у клоуна в цирке, когда его
нарочно хлопнут по носу. Но под мохнатыми бровями светился
веселый и нахальный глаз, готовый каждую секунду подмигнуть.
- Понял или нет?! - сердито говорил Аким Ильич, тыча
курицу ему в нос.
Тузик отворачивался от курицы, а потом отбежал два шага и
закопал голову в опилки, горкой насыпанные под верстаком.
- Что делать-то с нею? - спросил я.
Аким Ильич подвесил курицу под крышу сарая и сказал:
- Подождем, пока придет хозяин.
Тузик скоро понял, что гроза прошла. Фыркая опилками, он
кинулся к Акиму Ильичу целоваться, а потом вихрем помчался по
участку и несколько раз падал от восторга на землю и катался
на спине.
Аким Ильич приладил на верстак доску и стал обстругивать
ее фуганком. Он работал легко и красиво - фуганок скользил по
доске, как длинный корабль с кривою трубой.
Солнце пригревало крепко, и курица под крышей задыхалась.
Аким Ильич глядел тревожно на солнце, клонящееся к обеду, и
говорил многозначительно:
- Курица тухнет!
Громила Тузик прилег под верстаком, лениво вывалив язык.
Сочные стружки падали на него, повисали на ушах и на
бороде.
- Курица тухнет!
- Так что ж делать?
- Надо курицу ощипать,- сказал Аким Ильич и подмигнул
мне.
И Тузик дружелюбно подмигнул из-под верстака.
- Заводи-ка, брат, костер. Вот тебе и стружка на растопку
Пока я возился с костром, Аким Ильич ощипал курицу и скоро
забурлил в котелке суп. Я помешивал его длинной ложкой и
старался разбудить свою совесть, но она дремала в глубине
души.

- Пошамаем, как люди,- сказал Аким Ильич, присаживаясь к
котелку.
Чудно было сидеть у костра на нашем отгороженном участке.
Вокруг цвели сады, поскрипывали гамаки, а у нас - лесной
костер, свободная трава.
Отобедав, Аким Ильич подвесил над костром чайник и запел:

Что стоишь, качаясь,
Тонкая рябина...

Тузик лежал у его ног и задумчиво слушал, шуршал ушами,
будто боялси пропустить хоть слово. А когда Аким Ильич
добрался до слов "но нельзя рябине к дубу перебраться", на глаза Тузика
набежала слеза.
- Эй, товарищи! - послышалось вдруг.

У калитки стоял какой-то человек в соломенной шляпе.
- Эй, товарищи! - кричал он.- Кто тут хозяин?
Разомлевший было Тузик спохватился и с проклятьями кинулся
к забору.
- В чем дело, земляк? - крикнул Аким Ильич.
- В том, что эта скотина, - тут гражданин ткнул в Тузика
пальцем,- утащила у меня курицу.
- Заходи, земляк,- сказал Аким Ильич, цыкнув на Тузика,
- чего через забор попусту кричать.
- Нечего мне у вас делать, - раздраженно сказал хозяин
курицы, но в калитку вошел, опасливо поглядывая на Тузика.
- Сядем потолкуем, - говорил Аким Ильич. - Сколько же
вы кур держите? Неверное, десять?
- "Десять"...- презрительно хмыкнул владелец,- двадцать
две было, а теперь вот двадцать одна. - Очко! - восхищенно
сказал Аким Ильич.- Куриный завод! Может быть, и нам кур
завести? А?.. Нет,- продолжал Аким Ильич, подумав.- Мы лучше
сад насадим. Как думаешь, земляк, можно на таком участке сад
насадить?
- Не знаю, - недовольно ответил земляк, ни на секунду не
отвлекаясь от курицы.
- Но почвы здесь глинистые. На таких почвах и картошка
бывает мелкая, как горох. - Я с этой картошкой совсем
измучился,- сказал хозяин курицы.- Такая мелкая, что сам не
кушаю. Курям варю. А сам все макарены, макароны...
- Картошки у него нету, а? - сказал Аким Ильич и хитро
посмотрел на меня.- Так ведь у нас целый мешок. Бери.
- На кой мне ваша картошка! Курицу гоните. Или сумму
денег.
- Картошка хорошая! - лукаво кричал Аким Ильич.-
Яблоки, а не картошка. Антоновка! Да вот у нас есть отварная,
попробуй-ка.
Тут Аким Ильич вынул из котелка отваренную картофелину и
мигом содрал с нее мундир, сказавши: "Пирожноеэ.
- Нешто попробовать? - засомневался владелец курицы.- А
то все макароны, макароны...
Он принял картофелину из рук Акима Ильича, посолил ее
хозяйственно и надкусил.
- Картошка вкусная, - рассудительно сказал он. - Как же
вы ее выращиваете?
- Мы ее никак не выращиваем,- засмеялся Аким Ильич,-
иотому что мы работники картофельных складов. Она нам
полагается как паек. Насыпай сколько надо.
- Пусть ведро насыплет, и хватит, - вставил я.
Аким Ильич укоризненно поглядел на меня.
- У человека несчастье: наша собака съела его курицу
Пусть сыплет сколько хочет, чтоб душа не болела.

На другой же день я купил в керосиновой лавке толковую
цепь и приковал картофельного пса к елке.
Кончились его лебединые деньки.
Тузик обиженно стонал, плакал поддельными слезами и так
дергал цепь, что с елки падали шишки. Только лишь вечером я
отмыкал цепь, выводил Тузика погулять.
Подошел месяц август. Дачников стало больше. Солнечными
вечерами дачники в соломенных шляпах вежливо гуляли по шоссе.
Я тоже завел себе шляпу и прогуливался с Тузиком, напустив на
свое лицо вечернюю дачную улыбку.
Тузик-обманщик на прогулках прикидывался воспитанным и
любезным псом, важно поглядывал по сторонам, горделиво
топорщил брови, как генерал-майор.
Встречались нам дачники с собаками - с ирландскими
сеттерами или борзыми, изогнутыми, как скрипичный ключ. Издали
аавидев нас, они переходили на другую сторону шоссе, не желая
приближаться к опасной картофельной собаке .
Тузику на шоссе было неинтересно, и я отводил его подальше
в лес, отстегивал поводок.
Тузик не помнил себя от счастья. Он припадал к земле и
глядел на меня так, будто не мог налюбоваться, фыркал, кидался
с поцелуями, как футболист, который забил гол. Некоторое время
9н стремихельно носился вокруг и, совершив эти круги восторга,
мчался куда-то изо всех сил, сшибая пеньки. Мигом скрывался он
за кустами, а я бежал нарочно в другую сторону и прятался в
папоротниках.
Скоро Тузик начинал волноваться: почему не слышно моего
голоса? Он призывно лаял и носилсы по лесу, разыскивая меня.
Когда же он подбегал поближе, я вдруг с ревом выскакивал
из засады и валил его на землю.
Мы катались по траве и рычали, а Тузик так страшно клацал
зубами и так вытаращивал глаза, что на меня нападал смех.

Душа у владельца курицы, видимо, все-таки болела.
Однажды утром у калитки нашей появился сержант милиции. Он
долго читал плакат про картофельную собаку и наконец
решился
войти. Тузик сидел на цепи и, конечно, издали заприметил
милиционера. Он прицелился в него глазом, хотел было грозно
залаять, но почему-то раздумал. Странное дело: он не рычал и
не грыз цепь, чтоб сорваться с нее и растерзать вошедшего. -
Собак распускаете! - сказал между тем милиционер, строго
приступая к делу.
Я слегка окаменел и не нашелся что ответить. Сержант
смерил меня взглядом, прошелся по участку и заметил мешок с
надписью "Пичугин".
- Это вы Пичугин?
- Да нет,- растерялся я.
Сержант достал записную книжку, что-то чиркнул в ней
карандашиком и принялся рассматривать Тузика. Под милицейским
взглядом Тузик как-то весь подтянулся и встал будто бы по
стойке "смирно". Шерсть его, которая обычно торчала безобразно
во все стороны, отчего-то разгладилась, и его оперение теперь
можно было назвать "приличной прической".
- На эту собаку поступило заявление,- сказал сержант,-
в том, что она давит кур. А вы этих кур поедаете.
- Всего одну курицу,- уточнил я.- За которую заплачено.
Сержант хмыкнул и опять принялся рассматривать Тузика, как
бы фотографируя его взглядом.
Миролюбиво виляя хвостом, Тузик повернулся к сержанту
правым боком, дал себя сфотографировать и потом повернулся
левым.
- Это очень мирная собака,- заметил я.
- А почему она картофельная? Это что ж, порода такая?
Тут я достал из кармана картофелину и бросил ее Тузику.
Тузик ловко перехватил ее в полете и культурно скушал,
деликатно поклонившись милиционеру.
- Странное животное,- подозрительно сказал сержант.-
Картошку ест сырую. А погладить его можно?
- Можно.
Только тут я понял, какой все-таки Тузик великий актер.
Пока сержант водил рукою по нечесаному загривку, картофельный
пес застенчиво прикрывал глаза, как делают зто комнатные
собачки, и вилял хвостом. Я даже думал, что он лизнет сержанта
в руку, но Тузик удержался. - Странно,- сказал сержант.-
Говорили, что это очень злая картофельная собака , которая
всех
терзает, а тут я ее вдруг глажу.
- Тузик чувствует хорошего человека,- не удержался я.
Сержант похлопал ладонью о ладонь, отряхнул с них собачий
дух и протянул мне руку:
- Растрепин. Будем знакомы.
Мы пожали друг другу руки, и сержант Растрепин направился
к воротам. Проходя мимо Тузика, он наклонился и поотечески
потрепал пса.
- Ну, молодец, молодец,- сказал сержант.
И вот тут, когда милиционер повернулся спиной, проклятый
картофельный пес-обманщик встал вдруг на задние лапы и
чудовищно гаркнул сержанту в самое ухо. Полубледный Растрепин
отскочил в сторону, а Тузик упал на землю и смеялся до слез,
катаясь на спине.
- Еще одна курица,- крикнул издали сержант,- и все! -
протокол!

Но не было больше ни кур, ни протоколов. Лето кончилось.
Мне надо было возвращаться в Москву, а Тузику - на
картофельный склад.

В последний день августа на прощанье пошли мы в лес. Я
собирал чернушки, которых высыпало в тот год очень много.
Тузик угрюмо брел следом.
Чтоб немного развеселить пса, я кидался в него лопоухими
чернушками, да что-то все мазал, и веселья не получалось.
Тогда я спрятался в засаду, но Тузик быстро разыскал меня, подошел и
прилег рядом. Играть ему не хотелось.
Я все-таки зарычал на него, схватил за уши. Через секунду
мы уже катались по траве. Тузик страшно разевал пасть, а я
нахлобучил ему на голову корзинку вместе с грибами. Тузик
скинул корзинку и так стал ее.терзать, что чернушки запищали.
Под вечер приехал Аким Ильич. Мы наварили молодой
картошки, поставили самовар. На соседних дачах слышались
торопливые голоса, там тоже готовились к отъезду: увязывали
узлы, обрывали яблоки.
- Хороший год,- говорил Аким Ильич,- урожайный. Яблоков
много, грибов, картошки.
По дачному шоссе пошли мы на станцию и долго ожидали
электричку. На платформе было полно народу, повсюду стояли
узлы и чемоданы, корзины с яблоками и с грибами, чуть не у каждого
в руке был осенний букет.
Прошел товарный поезд в шестьдесят вагонов. У станции
электровоз взревел, и Тузик разъярился. Он свирепо кидался на
пролетающие вагоны, желая нагнать на них страху. Вагоны
равнодушно мчались дальше.
- Ну чего ты расстроился? - говорил мне Аким Ильич.- В
твоей жизни будет еще много собак.
Подошла электричка, забитая дачниками и вещами.
- И так яблоку негде упасть,- закричали на нас в
тамбуре,- а эти с собакой!
- Не волнуйся, земляк! - кричал в ответ Аким Ильич.-
Было б яблоко, а куда упасть, мы устроим.
Из вагона доносилась песня, там пели хором, играли на
гитаре. Раззадоренный песней из вагона, Аким Ильич тоже запел:

Что стоишь, качаясь,
Тонкая рябина...

Голос у него был очень красивый, громкий, деревенский.
Мы стояли в тамбуре, и Тузик, поднявшись на задние лапы,
выглядывал в окно. Мимо пролетали березы, рябины, сады,
набитые яблоками, золотыми шарами.
Хороший это был год, урожайный.
В тот год в садах пахло грибами, а в лесах - яблоками.

а вот теперича

2007-07-09T11:55:02Z

перейдём к прозе ,)
потомушта как же ж без этого

Глава XXI Остров тёплых щенков

Моей жене Наталье Дегтяръ с любовью посвящаю.

Линия холмов, отороченная серпилиями пальм, впадины лагун, обрамлённые
грубоидальными ромбодендронами, перистые гармоники дюн, укороченные кабанчиками
вокабул, - вот краткий перечень мировоззрения, которое открылось нам с "Лавра",
когда мы подходили к острову тёплых щенков.
Конечно, мы знали, что когда-нибудь попадём сюда, мечтали об этом, но боялись
верить, что это начинает свершаться.
Сэр Суер-Выер, который прежде бывал здесь, рассказывал, что остров сплошь
заселён щенками разных пород. И самое главное, что щенки эти никогда не
вырастают, никогда не достигают слова "собака". Они остаются вечными, эти тёплые
щенки.
- Уважаемый сэр, - расспрашивали матросы, - нам очень хочется посмотреть на
тёплых щенков, но мы не знаем, что с ними делать.
- Как чего делать? - отвечал Суер. - Их надо трепать. Трепать - вот и вся
задача.
- А щекотать их можно? - застенчиво спросил боцман Чугайло.
- Щекотание входит в трепание, - веско пояснил капитан. Совершенно неожиданно
трепать щенков вызвалось много
желающих. Чуть не весь экипаж выстроился у трапа, требуя схода на берег.
С сомнением осмотрев эту очередь, которая внутри себя пихалась и отталкивалась,
капитан сказал:
- Трепать щенков надо уметь. А то иной так понатрепет, что другим ничего не
останется.
- Кэп, позвольте потрепать хоть с полчасика, - просил Чугайло.
- Трепать щенков будут старые, испытанные открыватели островов, - решил Суер. -
Остальные останутся на "Лавре". А если кому хочется чего-нибудь потрепать,
боцман даст пеньки, канатов, а также флаги сопредельных государств.
- Сэр! Сэр! - кричал вперёдсмотрящий Ящиков. - Возьмите меня, я хочу полежать
рядом с кабанчиком вокабул.
- А мне хоть бы одну серпилию пальм понюхать, - говорил Вампиров.
- Отвали от тырапа! - ревел Пахомыч. - А то привезу с острова кусок
грубоидального ромбодендрона и как дам по башке!
- А серпилии пальм нюхать нельзя, - объяснял Суер. - Человек, который нанюхался
серпилии, становится некладоискательным. Если у него под ногами будет зарыт
самый богатый клад - он его никогда не найдёт.
Это неожиданно многих отпугнуло.
Все как-то надеялись, что когда-нибудь мы напоремся на какой-нибудь завалящий
островок с кладом.
Под завистливый свист команды мы погрузились в шлюпку и пошли к острову.
Подплывая, мы глядели во все глаза, ожидая появления щенков, но их пока не было
видно.
Причалив честь по чести, первым делом мы побежали к ближайшей серпилии пальм,
разодрали её на куски и нанюхались до одурения.
Суер серпилию нюхать не стал.
Он разлёгся под грубоидальным ромбодендроном и смеялся как ребёнок, глядя, как
мы кидаемся друг в друга остатками недонюханной серпилии.
- А клада нам не надо! - рифмовал Пахомыч. - Нам серпилия роднее! К ней бы
только стаканчик вермута!
Ну я налил Пахомычу стаканчик. Я знал, что вермут к серпилии очень расположен, и
захватил пару мехов этого напитка.
Лоцман Кацман тоже запросил стаканчик, но тут капитан сказал:
- Уберите вермут. Слушайте!
В тишине послышался щемящий душу жалобный звук.
- Это скулят щенки, - пояснил Суер, - они приближаются.
Тут из-за ближайшего кабанчика вокабул выскочил первый щенок. Радостно
поскуливая, взмахивая ушами, виляя хвостом, он уткнулся носом в грубые колени
нашего капитана.
- Ах ты, дурачок, - сказал Суер, - заждался ласк.
- Угу-угу, - поскуливал щенок, и капитан начал его трепать.
Поверьте, друзья, я никогда не видывал такого талантливого и весёлого трепания!
Суер щекотал его мизинцем под подбородком, гладил и похлопывал по бокам, хватал
его за уши и навивал эти уши на собственные персты, чесал живот то свой, то
щенячий, распушивал хвост и играл им, как пером павлина, бегал по его спине
пальцами, делая вид, что это скачет табун маленьких жеребцов.
Со всех сторон из-за кабанчиков и ромбодендронов к нам повалили щенки.
Это были лайки и терьеры, доги и немецкие овчарки, пуделя и ризеншнауцеры,
дратхаары и ирландские сеттеры.
И мы принялись их трепать.
Вы не поверите, но иногда у меня оказывалось под рукой сразу по семь - по восемь
щенков. Я катался с ними по траве и трепал то одного, то другого.
Пахомыч, нанюхавшийся серпилии, частенько путал щенков с лоцманом Кацманом,
трепал его и подымал за уши над землёй.
Кацман совершенно не спорил и блаженно скулил, путая себя со щенками. Правда,
поднятый за уши, он больше походил на кролика.
Должен сказать, что я трепал щенков, строго следуя примеру капитана, и за минуту
оттрёпывал по две - по три пары.
- Главная задача, - пояснял Суер, - оттрепать всех щенков до единого.
И мы трепали и трепали, и я не уставал удивляться, какие же они были тёплые.
Никогда в жизни не видывали мы эдакой теплоты и приятной влажности носа.
У Пахомыча в карманах обнаружилась ливерная колбаса.
Он кормил ею дворняг, одаривал такс и бульдогов. Вокруг старпома образовалась
целая свора жаждущих ливера щенков.
Лоцман Кацман, совершенно превратившийся в щенка, тоже выпрашивал кусочек.
Пахомычу приходилось отпихивать лоцмана левым коленом.
До самого вечера трепали мы щенков, а на закате стали прощаться.
Суер плакал как ребёнок. Он снова и снова кидался на колени и перецеловывал всех
щенков.
С большим трудом погрузились мы в шлюпку. Только лоцман катался ещё по траве,
разделяя со щенками прощальный кусок ливерной колбасы.
Тут к нему подскочил какой-то кабанчик вокабул, боднул его в зад, и лоцман
влетел в шлюпку.
А в шлюпке мы обнаружили какого-то совершенно неоттрёпанного щенка. Ему ничего в
жизни не досталось.
- Возьмем его с собою, капитан, - умолял старпом. - Оттрепем на борту, накормим.
И команде будет повеселей!
- Нельзя, - сказал капитан, - ему нельзя жить с людьми. Ну, оттрепем, накормим,
а там он превратится в собаку и скоро умрёт. Нет.
- Извините, сэр, - не выдержал я, - неужели вы предполагаете, что на
продолжительность жизни собаки влияет именно человек?
- Не сомневаюсь, - сказал капитан. - К тому же преданность, или, если хочешь,
собачья преданность, или, если хочешь - любовь, сокращает век, хотя и украшает
жизнь.
И мы оттрепали по очереди этого щенка, отпустили его, и он вплавь добрался до
берега.
К сожалению, на "Лавра" мы так ничего и не привезли - ни серпилии пальм, ни
грубоидального ромбодендрона. Правда, Суер прихватил с собой одну небольшую
перистую гармонику дюн.
Мы подарили её боцману, и Чугайло играл иногда на ней тоскливыми вечерами.

(с) Ю. Коваль "Суер-Выер"

в качестве втупительно-искупительного взноса

2007-07-09T10:37:57Z

Щенок и я

Когда я гулял, не прошел я и мили,
Фермера встретил, поговорили
Фермер и я.
Его я спросил: "Куда держишь путь?"
(Фермер идет, а я говорю).
"В деревню иду, чтоб купить что-нибудь.
Хочешь со мною?"
"Нет, благодарю".

Пожалуй, прошел я не менее мили,
Лошадь я встретил, поговорили
Лошадь и я.
"Лошадь, куда поспешаешь высцой?"
(Лошадь идет, а я говорю).
"Есть на деревне, слыхала, сенцо.
Хочешь со мною?"
"Нет, благодарю".

Прошел, я уверен, поболее мили,
Фермершу встретил, поговорили
Хозяйка и я.
"Куда ты, Хозяйка, с десятком корзинок?"
(Я говорю, а Хозяка идет).
"Хочешь со мной? Тороплюсь я на рынок".
"Нет, отвечаю,
Я, дальше - вперед".

Прошел я, наверное, целых две мили,
Кроликов встретил, поговорили
Крольчишки и я.
"Куда вы, пушистые серые шубки?"
(Я говорю, а крольчишки бегут).
"Хочешь в деревне отведать капустки?"
"Нет, говорю,
Мне приятнее тут"

Чем дальше, тем меньше прохожих и пыли.
Встретил Щенка я, поговорили
Я и Щенок.
"Рад я с тобою, Щенок, повстречаться.
Куда ты торопишься, в толк не возьму?"
"Сюда на холмы поиграть, поваляться!"
"Возьми меня тоже", -
Сказал я ему.

(с) А.А. Милн.

а ещё теперича

2007-07-04T04:51:00Z

тож одно из моих самых любимых

СОБАКА

Собака я, собака,
ничей приблудный пес,
держу в приблудных лапах
приблудный мокрый нос.
Откуда приблудился?
Куда бреду, куда?
Наверное, родился
от блуда для блуда.
Блуждаю по задворкам,
по улицам брожу,
и рад бываю коркам,
когда их нахожу.
Лежу, хвостом махаю,
гляжу на сытых дам
и даже вслед не лаю
идущим поездам.
Пускай себе проходят,
пускай себе идут,
пускай себя находят,
пускай себя блюдут.
Блудливо улыбаюсь,
чтоб дали есть и пить,
и вовсе не стесняюсь
униженно просить.
Ведь я живой собака,
живой приблудный пес,
у колбасы есть запах,
а у меня есть нос.
Я под ноги кидаюсь,
под палку и под нож,
и если не китаец,
меня ты не убьешь.
Хоть я совсем приблудный,
блуждаю и блужу,
по выходным и в будни,
и польз не приношу.
Не лаю на прохожих,
не лаю на своих,
не лаю на хороших,
не лаю на плохих.
Гляжу на вещи прямо,
глотаю слезный ком,
зализываю раны
шершавым языком.

(с) Р. Грачёв