|
Россияне – это духовное говно.
Унылое духовное говно. Они убили девушку Анну Бешеву. Они живут Домом-2. Они прощают своим боярам триллионы рублей, просранные в мыльном пузыре. Они терпят и пьют. Кто не пьет, тот отрабатывает кабалу (ипотеку под взнузданные цены Полонских, Резников, Батуриных и т.д.). В российских офисах завелась такая модная фишка: топы-(со)владельцы называют своих сотрудников чернью. ЧЕРНЬ.
Это так глубоко и символично для обеих сторон. Для бывших бандосов, которые 20 лет назад еще жрали с алюминиевых сковородок бумажную колбасу за 2-20 руб., а теперь правят судьбами Норникеля, Северсатли. И для тех, кто позволяет себя называть чернью, потворствует этому своей животной покорностью.
Советское рабство, атеистическая мораль, большевистская совесть изуродовали человека, алчность либерализма превратила урода в скота. Скот оставляет вокруг себя только говно.
Я живу в многоквартирном доме, здороваюсь с каждым, кого встречу в лифте. Из всех мне, как правило, отвечают два-три одних и тех же соседа. Остальным жалко для меня здоровья. Хмурые лица, мутные глаза. По печати насилия на наших лбах мы без слов узнаем соотечественников за границей. Убийство Ани Бешевой приоткрыло мне еще один признак россиянской идентификации – безразличие. Россияне – это народ без национально солидарности.
Я безмерно рад нарастающему кризису, он выпустит спесь из многих гламурных идиотов, он вернет зарплаты на место согласно производительности экономики. Кризис, может быть, вынудит наше государство заняться реальным производством. Сейчас государство скупит по дешевке обесценившиеся банковские и производственные активы. Я бы порадовался некоторой степени национализации, если бы государство основывалось на народовластии. А так, теневые бояре просто переделят холопов.
В мае в наш офис нагрянули ОНПэшники. Перетряхнули все углы и полки, собрали 20 ящиков с документами. Через недельку адвокат озвучил сумму закрытия вопроса. Все заинтересованные лица были посланы на хуй уведомлены о бесперспективности такого подхода. Печально то, что те, кто отнимает результаты чужого труда, думаю, не сильно пострадали, они пошли в другой офис. Целая армия таких чиновников не сидит, сложа руки. Россияне – это еще и халявщики.
Мои друзья два года назад сбежали из Москвы в Питер, а теперь говорят: больше не можем и в Питере, купили домик в Италии. Джон ирландец, 18 лет здесь отработал, но так привыкнуть не смог. К чему привынуть? Я не буду пересказывать, итак все понятно. Мне некуда и незачем уезжать. Традиционно я выражаю свою гражданскую позицию тем, что 4 ноября иду на Русский марш (Россовета), чтобы сказать, что я русский.
|