Идея вынести эту тему в отдельный пост родилась после того, как один из моих университетских профессоров, с которым у меня установились дружеские отношения и который иногда просматривает мой ЖЖ через автоматический переводчик, прислал мне письмо, в котором посетовал на его, переводчика, плохую работу над моими комментариями к Миядзаки. Оказалось, профессор Прабакар - большой ценитель работ Миядзаки, что, я думаю, очень полезное качество для человека, у которого растут две дочери (там практически во всех фильмах главный герой - девочка(-ки) или юная девушка, переживающая более или менее серьёзные проблемы по мере взросления). Польщенный его вниманием, я перевёл на английский общую идею, ну а потом решил изложить её и на русском, чтобы не гонять читателей по сбивчивым комментариям к предыдущей записи на эту тему.

Итак, Howl's Moving Castle.

PS: Профессор, прочитав мой перевод, сказал, что хотя мой анализ и кажется ему весьма убедительным, он заменил бы в нём "сексуальное" на "любовное", мол, хуже бы от этого не стало. Я, однако, считаю что стало бы, поэтому заменять ничего не буду. Всё же зацикленность на сексуальном - это наше всё =)

С этого и начнем.

Итак, главная героиня, Софи, шьёт шляпки в магазине своей матери. Первые несколько сцен фильма дают очень точную картину её весьма сложных отношений как к собственной сексуальности, так и к тому, какое центральное месту сексуальность занимает в социальной жизни человека вообще:

1) Вступительная сцена в магазине, где Софи и проводит практически всё своё время. Нарядно разодетые девушки примеряют шляпки и весело беседуют, упоминая таинственного волшебника по имени Хаул. Его Шагающий Замок как раз показался на горизонте, все прилипают к окнам. Один из слухов, который ходит о волшебнике, гласит, будто он похищает красивых девушек и вырывает у них сердца. К слуху, впрочем, не относятся слишком серьёзно - реплики девушек довольно игривые, и в ответ на слова про сердце одной из них другая шутливо и ревниво отвечает: "Нет, твоего сердца он не захочет". Во вступительных сценах, где Замок проходит мимо пастбища, пастух весело машет рукой, приветствуя хозяина Замка, подтверждая, в общем-то, несерьёзную природу слуха о якобы злонравии Хаула. Можно предположить, что шутки про опасность, которой якобы подвергаются красивые девушки, понравившиеся Хаулу, есть скрытый намёк на дефлорацию. В любом случае, Софи, в разговоре не участвующая, внимательно прислушивается к нему, и тоже бросает взгляды в окно, где вдалеке движется Замок.

2) По случаю военного парада все девушки, как уже упоминалось, нарядно одеты, а магазин закрывается раньше обычного, потому что все хотят успеть поглядеть на красивых военных. Все, кроме Софи, конечно. Она одета очень скромно, и уходит позже всех, избегая шумной улицы и толпы народа.
На боковой улочке, в нескольких шагах от площади, Софи наталкивается на двух солдат, которые пытаются довольно безобидно пофлиртовать с весьма красивой девушкой. Эта сцена довольно красноречива. Солдаты довольно молодые и симпатичные, и ведут себя вполне пристойно, на улице ясный день, но Софи немедленно напрягается и пугается, как если бы была ночь, и из подворотни вылезли пьяные грязные хулиганы. Её поза, жесты, мимика и слова полны страха, это сильная защитная реакция в ответ на то, что сама она считает агрессией - солдаты делают комплименты её внешности, т.е. дают ей понять, что рассматривают её как привлекательный сексуальный объект. Окажись на месте Софи её сестра или другая девушка с меньшим количеством сложностей, она была бы, вероятно, польщена, сумела бы правильно ответить на флирт, отшутиться и вообще выйти из этой нормальной житейской ситуации без конфликтов и стресса. Но Софи слишком асоциальна и совершенна неприспособлена для таких разговоров. Для неё это положение совершенно нестерпимо, отвратительно и пугающе, она готова запаниковать, но тут появляется, собственно, волшебник Хаул - женоподобный молодой человек исключительной красоты, который небрежным движением руки заколдовывает солдат, заставляя их бодрым маршем убраться прочь.

Остановимся поподробнее на женоподобности Хаула, кстати.
Думаю, что она не случайна - если солдаты, как мужчины типичные, "классические", выглядят довольно-таки "маскулинно" и мужественно, и обладают недвусмысленной сексуальностью, то Хаул, спасающий Софи от солдат - и, соответственно от страха перед их мужской сексуальностью - выглядит, наоборот, безопасно. Огромные глаза, длинные волосы, хрупкая фигурка - его красота слишком женственна, чтобы внушать опасность, и ей можно наслаждаться без неприятных ощущений, как бы эстетически. Возможно, что здесь есть и доля гомосексуального чувства, но гадать не буду, так глубоко мои познания не простираются. Однако вообще подобные тенденции и предпочтения я наблюдал и в реальной жизни, так что мультик здесь не одинок.

3) После непродолжительного полёта (волшебники мы или где?), вызванного необходимостью бегства от каких-то невнятных монстров, Софи расстаётся с прекрасным незнакомцем и имеет продолжительную беседу то ли с матерью, то ли с одной из сестёр - не суть важно. В разговоре важны две темы. Первая - после пересказа случившегося с нею, Софи категорически отвергает предположения сестры о том, что встреченный ею маг мог быть Хаул: "Что ты, Хаул интересуется только красавицами". Тут надобно сказать, что Софи нарисована как очень и очень красивая девушка, т.е. кроме как комплексами её уверенность в своей некрасивости (скажем уж прямо - сексуальной непригодности) объяснить нельзя. Вторая тема - сестра сетует на то, что Софи не живёт нормальной социальной жизнью, а просиживает всё время затворницей за работой. Софи сразу же приводит аргументы в свою защиту, ссылаясь на то, что она старшая сестра в семье, и что кто-то должен заниматься семейным делом. Иными словами, свою уверенность в своей полной несостоятельности как женщины она маскирует необходимостью принесения своей личной жизни в жертву на алтаре долга; обычное дело.

4) Вводная часть фильма завершается ночной сценой в магазине. Невесть откуда взявшаяся Ведьма Пустоши превращает Софи, которая пытается выставить её из магазина, в дряхлую старуху, и вдобавок налагает на неё заклятье, запрещающее ей рассказывать другим людям о том, что с ней произошло. Собственно, почти весь оставшийся фильм Софи проводит именно в этом облике, изредка расколдовываясь на короткое время (об этом позже).

Невнимательные зрители пропускают здесь одну очень важную вещь. Ну, заколдовали и заколдовали, чего тут такого. Обычное дело, в сказках это часто бывает. В лягушек превращают, в козлят, в чудовищ, и так далее. И все отмечают то, с какой бодростью и каким удивительным оптимизмом дряхлая Софи на следующее утро покидает дом и магазин в поисках колдуна, способного её расколдовать. Меж тем как ничего особенно удивительного в оптимизме Софи нет. Собственно, если вскрыть нехитрую символику этого сюжетного хода (правомочность такого вскрытия впоследствии подтверждается развитием сюжета), то никакого заклинания на Софи наложено не было; единственным заклинанием, которое над ней висит, являются её комплексы. "Заклинание" ведьмы, собственно, есть тот сюжетный ход, который позволяет автору (и Софи) начать над комплексами работу. Софи, превращённая в старуху, как бы перестаёт быть женщиной, т.е. перестаёт быть сексуальным объектом в глазах других, но прежде всего - в своих собственных глазах. В этом новом качестве она немедленно освобождается от постоянного напряжения, вызванного жестоким несоответствием между тем, что от неё, красивой молодой девушки, ожидает полная сексуальных тем жизнь, и её реальным состоянием.


Почти немедленно Софи попадает в Шагающий Замок Хаула, где становится домохозяйкой и "входит в семью", которая состоит из самого Хаула, его маленького подмастерья Малкла и черезвычайно симпатичного огненного демона Кальцифера. Основной мотив следующих нескольких сцен (перечислять которые не имеет смысла) заключается в том, что Софи всецело предаётся игре в бабушку и маму. В конце концов, роль женщины в обществе и семье не исчерпывается одной только сексуальной функцией, и как раз со всеми остальными функциями у Софи никаких проблем нет, а есть, наоборот, один большой талант. Таким образом её существование рядом с возлюбленным становится возможным, и значительные успехи в роли заботливой мамы-бабушки придают Софи некоторую уверенность в себе.

И на этом анализ кончается. То есть, это где-то две пятых от мультика, впереди ещё куча всего, но всё, что происходит дальше, уже кажется мне неубедительным, во всяком случае - непонятным. Вкратце - Софи приходится несколько раз оказывать Хаулу моральную поддержку, и каждый раз в процессе таковой Софи, "увлекаясь", "забывает" о своём комплексе-проклятии, и начинает стремительно молодеть. После каждого такого эпизода она хоть и возвращается обратно в свою старческую форму, но каким-то образом якобы ослабляет свои узы. Хаул, меж тем, проникается к ней чувством благодарности (сам он тоже, конечно, видит, что она вовсе не старуха), потом тоже влюбляется, и в какой-то момент, среди бушующей вокруг войны вдруг оказывается, что они уже оба - бац! - излечились от своих проблем. Изображается, что активную роль в излечении Хаула играет тоже Софи, однако эта тема, как и все прочие моменты второй половины фильма, для меня осталась неубедительной и непонятной, что весьма досадно, потому что первая-то половина выглядела черезвычайно многообещающе. А вся эта непонятная война непонятно кого с непонятно кем, пересадки сердец и т.д. - это я не знаю, что такое. С этого момента действительно, можно сказать, начинается "обыкновенная красивая сказка" со счастливым концом, и любовь всё победила, в кущах запели соловьи, на Марсе зацвели яблони, а в огороде бузина. Чего и вам желаем.