| Десять дней как один |
[Oct. 14th, 2008|01:37 am] |
Последним моим местом работы в Москве перед переездом в Киев был ежемесячный компьютерный журнал «Chip». Организация работы в нём ничем, скорее всего, не отличалась от других ежемесячных изданий, в которых работают не гламурные барышни, а дружный коллектив пьяниц и кое-кого ещё.
Нам завидовали остальные подразделения издательского дома «Бурда», потому что издательство нашего журнала было отдельной юридической единицей, и бурдовские порядки на нас не распространялись. Наверное, именно поэтому месяц выглядел так: первую неделю после сдачи номера никто не делал вообще ничего, к концу второй недели самые ответственные заказывали авторам статьи, к концу третьей их получали и сдавали ничего не подозревающему выпускающему редактору, к середине четвёртой просыпались все остальные, а последние два или три дня были сущим мясом. Но мы все были дьявольски молоды, поэтому перегрузки давались нам легко.
При мне рекордом редакции была сдача номера в шесть утра. Который, разумеется, должен был быть сдан на десять часов раньше. Рассказывали, что, когда всё пять лет назад только начиналось, в редакции стояли раскладушки, а ближе к сдаче номера сотрудники приходили на работу с зубными щётками и со сменой белья — не ночевали дома по два-три дня. Говорили, что было дико весело. Ну конечно, все были ещё на пять лет моложе.
Женька Лобачёва, моя ровесница, бывший выпускающий редактор этого журнала, говорит, что сейчас так уже не может. Да и работает она в другом издании, в котором журнал сдаётся в восемь вечера требуемого дня. Скучно же. Нет, говорит. Не скучно, а правильно. Так и надо.
В Киеве я сразу заработал в ежедневной газете. Поначалу это было невыносимо: работать приходилось каждый день. Через неделю муштры в „Ъ“ я подумал, зачем вообще нужны ежедневные издания, как будто в стране не хватает ежемесячных. Но потом стало легче, да и люди были такие, с кем и в огонь, и в воду, и на работу. Один Андрей Витальевич чего стоит. Ну а потом, как водится, втянулся и даже начало нравиться. В конце концов, в ежедневной (самой лучшей в стране!) газете работаем, а не в каком-то ежемесячном говне.
Шли годы, названия газет менялись, но режим работы оставался тем же. Мне предлагали работу в московских еженедельниках, но я отказывался. Во-первых, ну её в жопу, эту Москву, а во-вторых, зачем раньше времени становиться старпёром — вы там полнедели в носу ковыряете, а мы уже три номера сделали и работаем над четвёртым.
А теперь я даже вот так скажу: еженедельные издания, не говоря уже о ежемесячных,— страшное зло. Когда редактор отдела понимает, что заметку ему сдавать не сегодня в номер,— это его сильно развращает. И я сейчас очень хорошо это понимаю. |
|
|