Юлия Могилевер (![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small} yulen_ka) wrote in ![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/community.gif){kind=small} compliment_il,@ 2007-05-12 21:11:00 |
|
Первый раз в Иерусалим
Мы были еще совсем свежие репатрианты, денег у нас не было по определению, поэтому ездили мы всегда и всюду только тремпами. И вот по прошествии трех с половиной месяцев пребывания в Израиле мы решили поехать в Иерусалим. Была середина декабря, дождь и ветер.
К счастью, у нас хватило ума оставить шестилетнего ребенка с бабушкой и дедушкой. План наш был прост: добраться из нашей Тьмутаракани (мы жили в центре абсорбции в Мирамаре, это от Михморета дальше вглубь по берегу моря) до Тель-Авива, там переночевать у знакомых, а утром двинуться дальше. Эта часть пути прошла обычно - кто-то подобрал нас, плетущихся пешком в сторону Михморета, и довез до Приморского шоссе, потом довольно быстро остановилась машина до Тель-Авива. Самое интересное началось утром.
Дождь лил как из ведра. Под этим дождем мы брели по Тель-Авиву в сторону шоссе, до которого надо было еще пилить и пилить. У водителя проходящей машины муж спросил, в какую сторону нам идти, тот объяснил, и мы потопали дальше, но через несколько метров тот же водитель остановился: "Садитесь, я вас подвезу до выезда из города". На въезде на шоссе, когда машины остановились на красный свет, муж постучался в военную машину. Девушка с офицерскими погонами впустила нас неохотно: брать гражданских в военные машины по уставу не положено. "Куда вам", - недовольно спросила она. "В Иерусалим", - ответили мы. "Но я еду только до Лода, а дальше нам не по пути. Да ладно, садитесь".
По дороге мы разговорились. Когда она услышала, что мы всего три с половиной месяца в стране, и еще ни разу не были в Иерусалиме, она очень взволновалась, и стала нервничать, как же мы доберемся туда от Лода. По дороге к нам подсел еще один солдатик, которому тоже надо было выходить в Лоде, но дальше ехать в другую сторону. Девушка поручила ему обязательно найти для нас тремп - на солдатской тремпиаде у штатских шансов было мало. "Понимаешь, - напутствовала она его, - они совсем недавно в стране, и в первый раз едут в Иерусалим!"
После этих слов парень на тремпиаде в Лоде бросался на каждую машину как тигр, пропустил несколько своих тремпов, и успокоился, только пристроив нас.
Повезло нам необыкновенно: новый водитель оказался офицером по культуре. По дороге он устроил нам экскурсию, рассказывая о местах, которые мы проезжали. Наконец подъехали к Иерусалиму. Он оглядел нас критически: "Вы же наверняка голодные. Сейчас я вас накормлю". Привез нас в Дом солдата, попросил подождать, вернулся через минуту: "Все в порядке, пошли обедать". Обед был вкусный и сытный, для нас тогда он казался просто лукулловым пиршеством. Уже за столом я разглядела, что вместо кисти правой руки у нашего благодетеля протез. Он объяснил, что культурой занялся уже после ранения.
После обеда он спросил: "Куда вы хотите теперь, ребята?". Мы хотели к Стене, так что он довез нас до Старого города, объяснил куда идти, и попрощался.
Так мы впервые попали в Иерусалим стараниями Армии Обороны Израиля. Нас передавали из рук в руки как переходящий приз или ценный груз.
Мы были еще совсем свежие репатрианты, денег у нас не было по определению, поэтому ездили мы всегда и всюду только тремпами. И вот по прошествии трех с половиной месяцев пребывания в Израиле мы решили поехать в Иерусалим. Была середина декабря, дождь и ветер.
К счастью, у нас хватило ума оставить шестилетнего ребенка с бабушкой и дедушкой. План наш был прост: добраться из нашей Тьмутаракани (мы жили в центре абсорбции в Мирамаре, это от Михморета дальше вглубь по берегу моря) до Тель-Авива, там переночевать у знакомых, а утром двинуться дальше. Эта часть пути прошла обычно - кто-то подобрал нас, плетущихся пешком в сторону Михморета, и довез до Приморского шоссе, потом довольно быстро остановилась машина до Тель-Авива. Самое интересное началось утром.
Дождь лил как из ведра. Под этим дождем мы брели по Тель-Авиву в сторону шоссе, до которого надо было еще пилить и пилить. У водителя проходящей машины муж спросил, в какую сторону нам идти, тот объяснил, и мы потопали дальше, но через несколько метров тот же водитель остановился: "Садитесь, я вас подвезу до выезда из города". На въезде на шоссе, когда машины остановились на красный свет, муж постучался в военную машину. Девушка с офицерскими погонами впустила нас неохотно: брать гражданских в военные машины по уставу не положено. "Куда вам", - недовольно спросила она. "В Иерусалим", - ответили мы. "Но я еду только до Лода, а дальше нам не по пути. Да ладно, садитесь".
По дороге мы разговорились. Когда она услышала, что мы всего три с половиной месяца в стране, и еще ни разу не были в Иерусалиме, она очень взволновалась, и стала нервничать, как же мы доберемся туда от Лода. По дороге к нам подсел еще один солдатик, которому тоже надо было выходить в Лоде, но дальше ехать в другую сторону. Девушка поручила ему обязательно найти для нас тремп - на солдатской тремпиаде у штатских шансов было мало. "Понимаешь, - напутствовала она его, - они совсем недавно в стране, и в первый раз едут в Иерусалим!"
После этих слов парень на тремпиаде в Лоде бросался на каждую машину как тигр, пропустил несколько своих тремпов, и успокоился, только пристроив нас.
Повезло нам необыкновенно: новый водитель оказался офицером по культуре. По дороге он устроил нам экскурсию, рассказывая о местах, которые мы проезжали. Наконец подъехали к Иерусалиму. Он оглядел нас критически: "Вы же наверняка голодные. Сейчас я вас накормлю". Привез нас в Дом солдата, попросил подождать, вернулся через минуту: "Все в порядке, пошли обедать". Обед был вкусный и сытный, для нас тогда он казался просто лукулловым пиршеством. Уже за столом я разглядела, что вместо кисти правой руки у нашего благодетеля протез. Он объяснил, что культурой занялся уже после ранения.
После обеда он спросил: "Куда вы хотите теперь, ребята?". Мы хотели к Стене, так что он довез нас до Старого города, объяснил куда идти, и попрощался.
Так мы впервые попали в Иерусалим стараниями Армии Обороны Израиля. Нас передавали из рук в руки как переходящий приз или ценный груз.
